Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Акценты


30.08.2010   Яков ПЛИНЕР: «Мы не предаем и не продаем»

Интервью с депутатом Сейма от партии ЗаПЧЕЛ

 

-                     Яков Гдальевич, позвольте я начну с вопроса, который задают многие наши читатели и избиратели: почему бы ЗаПЧЕЛ не объединиться, наконец, с «Центром согласия» и не выступить на выборах единым фронтом? У вас есть принципиальные разногласия или, как кто-то считает, виной всему личные амибиции лидеров партий?

-                     Начнем с того, что когда-то, как все помнят, ЗаПЧЕЛ был большим и единым, и раскол, раздробление действительно привели к существенному ослаблению движения за права человека в единой Латвии. Но чьи-либо амбиции тут не при чем, при чем - конкретные действия, поступки. И, конечно, цели. Мы, в отличие от «Центра согласия», не считаем допустимым ради возможности войти в правящую коалицию отказаться от решения принципиальных «русских вопросов» - безгражданства, статуса русского языка, русского образования, вообще реального равенства латышей и нелатышей.

-                     Какие проявления, или, как вы сказали, действия ЦС вы не принимаете?

-                     Привести примеры? Пожалуйста. Уже год как Ригу возглавяет мэр от «Центра согласия», всем нравящийся Нил Ушаков. Проанализируем некоторые результаты его деятельности. Первое: придя к власти в городе, он увеличил на 25 процентов цены билетов на проезд в общественном транспорте.

-                     Но пенсионерам столицы с 1 сентября обещан вовсе бесплатный проезд...

-                     ...что я приветствую всячески. Но! Примерно год назад грозились поднять цены на 50 процентов - транспорт, дескать, иначе не выживет. Потом как бы облегчили участь народа - повысили только на 25 процентов, и тот же народ воспринял это уже как должное, не было против этого повышения ни пикетов, ни митингов. Нынешнюю акцию думы многие расценивают как предвыборный пиар, но если от него выигрывают люди - дай бог. Только что же получается? Врали нам, что транспорт не выживает? Ведь бесплатный проезд для пенсионеров требует тех самых денег, которых якобы нет.

Следующий шаг новоиспеченного мэра: в 2009 году закрыли 10 школ, 9 из них - русские. Конечно, школы на 70 или даже на 170 учеников пришлось бы, будь я мэром, закрывать и мне, но две из них - на 320 и 340 учеников, а две - на 420 и 440 учеников. Эти школы я бы не закрыл и под пистолетом. Закрытие любой школы, на мой взгляд, - трагедия, но беда еще в том, что если латышскую школу в случае надобности откроют опять, то ликвидированную русскую школу — никогда! Смотрим дальше. Уже в этом году в Риге ликвидированы 4 школы, из них 3 русские - 16 средняя школа, 100 средняя школа и 7 школа-интернат для детей-сирот объединена с другим интернатом. Я хорошо знаком с прежним опытнейшим директором интерната Александром Ильичом Протектором, который очень заботился об этих детках, но он отстранен от работы и назначен новый директор — некая г-жа Мелне. Значит, в прошлом году ликвидированы 10 школ, из них 9 русские, в этом - 4, из них 3 с русским языком обучения.

Следующий шаг. Г-н Ушаков, а он очень яркий представитель «Центра согласия», идет в музей оккупации. Это частный музей, и мы знаем, с какой целью он создан. В результате дума выделяет 20 тысяч латов на перевод пропагандистской литературы, наверняка с ревизией истории, для распространения ее в русских школах. Я полагал, что следующим шагом, хотя бы из соображений дипломатии, были бы те же 20 тысяч, выделенных на реновацию, скажем, памятника Освободителям. Не выделено ни сантима.

Следующий шаг. Вдруг я узнаю, что г-н Ушаков по своей инициативе пригласил к себе представителей Ассоциации национальных воинов с целью выяснить, какая материальная помощь им необходима. Конечно, это тоже несчастные и очень пожилые люди, в возрасте 70 лет и старше, бывшие Ваффен-эсэсовцы, бывшие партизаны. Но они уже получают от государства через бюджет министерства обороны по 50 латов к своим пенсиям как политически репрессированные. Я думал, что г-н Ушаков через две недели встретится и с руководителями Латвийской ассоциации борцов антигитлеровской коалиции и хотя бы на День победы выделит этим людям - их не так много осталось - по двадцатке. И этого не произошло.

Нам известно, что г-н Ушаков, председатель объединения «Центр согласия», незадолго до выборов призвал не поднимать национальных вопросов - вопросов гражданства, русской школы, русской культуры, языка. А в другом интервью лидер списка «Центра согласия» и кандидат в премьеры Янис Урбанович заявил, если мне не изменяет память, в интервью «Диене», что сегодня важны только экономические вопросы и вопроса о статусе русского языка он, даже став премьером, поднимать не станет. Для нас же, в ЗаПЧЕЛ, важны и экономические вопросы, и ничуть не менее проблемы школы, языка, гражданства.

-                     Но Нил Ушаков - это еще не все члены «Центра согласия»...

-                     Я упомянул и Яниса Урбановича. Двух лидеров ЦС, двух ярких его представителей. И характерно, что они оба нередко говорят русской аудитории одно, латышской несколько другое.

 

Попытки консенсуса

 

-                     Есть различия и в программных установках ЗаПЧЕЛ и «Центра согласия»?

-                     Есть, и существенные. Например, ЦС выступает за всенародно избранного президента. Мы к этому не призываем. Почему? Во-первых, потому, что без 340 тысяч латвийских неграждан это уже не «всенародно избранный» президент. Во-вторых, всенародно избранный президент должен обладать иными властными полномочиями, а это угрожает республике диктатурой. Мы помним, чем обернулась эпоха Карлиса Улманиса, обладавшего абсолютной властью, а при нашей слаборазвитой демократии это вдвойне опасно. Плюс ко всему выборы априори не будут справедливыми. Как всегда, будет соревнование денег, все опять определят пиар, олигархи, и такого президента найдут если не в зоопарке, то... ну я не знаю, может, в кукольном театре или в каком-нибудь клозете. Поэтому мы не поддерживаем такие выборы.

-                     Почему вы, в отличие опять же от «Центра согласия», против введения прогрессивного налога? Людям по душе мысль, что богатые станут платить больше.

-                     У нас и без того по разным данным от 30-ти до 50 процентов экономики так называемая «теневая», и мы опасаемся, что с введением прогрессивного налога часть фирм уйдет в оффшорную зону, зарегиструется в других государствах. Пострадают в итоге люди, получающие латов 400-700, у которых нет ни знаний, ни юристов, ни денег на перевод источников доходов за границу, а госказне это не даст прироста.

-                     То есть олигархи и крупный бизнес найдут выход...

-                     … а предприниматели среднего класса - у нас их мало, но они все же есть, процентов 18 от всего бизнеса - больше станут уезжать или больше скрывать доходы. Свыше тысячи латов получают у нас всего 0,8 процента от населения Латвии. То есть те самые богатые, на которых делается ставка. Вряд ли таким образом можно расчитывать на установление особой социальной справедливости и существенное пополнение госкассы.

-                     Вы не пробовали придти к консенсусу с «Центром согласия» по этим и другим вопросам?

-                     Мы сотрудничали с ЦС в 9-м Сейме и, практически не сговариваясь, в 90 процентах случаев голосовали одинаково. Но, повторяю, есть принципиальные различия. На нас нельзя топнуть ножкой, мы голосуем по совести, мы голосуем, руководствуясь интересами наших избирателей. А ЦС, бывает, - и нашим, и вашим. И еще я убежден, что «Центр согласия» - это во многом коммерческий проект, а мы все же - за идею, как ни смешно это звучит по нынешним временам.

-                     Что вы имеете в виду под «коммерческим проектом»?

-                     На сайте Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией (KNAB) каждую неделю публикуются данные о частных пожертвованиях разным партиям. Сравните, сколько денег предлагают ЗаПЧЕЛ и сколько ЦС. Нам примерно раз в пять меньше. Не будем наивными - большие деньги потом приходится отрабатывать.

-                     А попыток объединения ЗаПЧЕЛ и ЦС в последнее время не было?

-                     Мы предлагали им, может быть, несколько неуклюже, но тем не менее дважды, объединиться или провести переговоры уже при выборах в 9 Сейм.

-                     Что значит «неуклюже»?

-                     Если «уклюже», это, допустим, когда один из лидеров ЗаПЧЕЛ приходит к одному из лидеров «Центра согласия» и ведет переговоры. Мы решили, что при таком варианте они все «заболтают» и ничего не сделают. А неуклюже это когда мы, опять же чтобы ЦС наши предложения на заболтал, дважды перед выборами в 9 Сейм сообщили о своем предложении в прессе. Мы также предложили пойти вместе, единым списком на выборах в Европарламент. На переговоры со стороны ЦС пришли Борис Цилевич и Игорь Пименов (последний - известный всем «мистер «нет»), с нашей - Митрофанов и Соколовский, такие вроде бы спокойные и умеренные, не Плинер с Бузаевым. Наши коллеги из ЦС сразу отвергли лидерство в списке Жданок. Татьяна Аркадьевна говорит - о'кей, ставим мою фамилию в список строго по алфавиту. Они и от этого отказались. Переговоры ничем не кончились, в результате мы получили на обе партии трех депутатов вместо возможных четырех.

 

Уроки недавнего прошлого

 

-                     Какие уроки вынесла партия ЗаПЧЕЛ из поражения на муниципальных выборах?

-                     Что, к сожалению, выборы в Латвии не соревнование личностей и не соревнование программ, а — это, замечу в скобках, мое личное мнение - соревнование денег, успешного пиара. К сожалению, у ЗаПЧЕЛ, поскольку мы не коммерческий проект, мы не продаем и не предаем, всегда, мало денег на пиар.

-                     Если мало денег на политическую рекламу, на что вы надеетесь в будущем?

-                     Очень надеемся, что народ в конечном счете перестанет наступать на те же грабли. Возьмите объединение «За хорошую Латвию», там все те же имена - Шлесерс, Шкеле, Улманис. Все они были у власти. Или старые раки в новой корзине - «Единство», в котором бывшие члены «Нового времени», или «Тевземей ун Бривибай» и прочие, и прочие негативно зарекомендовавшие себя партии и объединения. Хочется надеяться, что народ, наконец, поумнеет и станет ценить не слова, а конкретные дела.

-                     Но как раз «Центр согласия» не был во власти, и люди считают, что надо им дать шанс показать себя.

-                     Я не виню их во всех бедах, но я знаю, к примеру, что можно было сделать за этот год в Риге и что не сделано. Г-н Ушаков идет к кошечкам или тигрятам руки пожимает, выделяет 11 тысяч - это крохотная доля бюджета - на ремонт приюта для домашних животных. Господин Ушаков, надо отдать должное, хорошо пиарится. Строительство жилья начато было еще при г-не Бирксе, а лавры, полагаю, будет пожинать нынешний мэр. При Бирксе родителям, если в течение года они не получали место в садике для своих детей, в качестве хотя бы частичной компенсации или на нянечку давали 50 латов, эти деньги не решали проблемы, но все шли в семейный бюджет. Сейчас это пособие отменили. Правда, обещают, что в течение трех лет не станет очередей в садики. Ну, дай-то бог.

-                     Вернемся к урокам минувших выборов в самуправления.

-                     Вернемся. Плохо, наверное, что мы тогда не замахнулись на пост главы столицы, тогда как все выдвигали своих виртуальных мэров. Нас из-за недостатка денег было мало на экранах ТВ, в СМИ, и народ поверил согласистам, их политической рекламе. В прошлой думе сначала 9, потом семеро наших депутатов поработали хорошо, однако, вероятно, не сумели достаточно хорошо, правильно и красиво рассказать всем о своей деятельности. Но! 9,7 процента голосов на выборах в Европарламент были отданы ЗаПЧЕЛ в лице Татьяны Аркадьевны Жданок. Значит, вера в нашего лидера, вера в ЗаПЧЕЛ не утрачена, и, конечно же, мы надеемся на прохождение в 10 Сейм.

-                     Вероятно, в лучшем случае вам уготована роль оппозиции.

-                     И мы вполне с ней справляемся. Главная функция оппозиции - не давать жить спокойно правящим, критиковать их где только можно, подвигать их к лучшей работе и, поскольку мы конструктивная оппозиция, поддерживать все хорошее, что происходит с законодательством в нашем государстве. Такого мало, но есть. Во фракции парламента сначала нас было 6 человек, потом Николай Кабанов решил, что ему выгоднее быть в «Центре согласия». Нас осталось пятеро, но за время работы 9 Сейма ЗаПЧЕЛ выступила по 542 вопросам повестки дня. 153 законодательных предложения фракция внесла по социально-экономическим вопросам, 105 - по общедемократическим, мы подали 138 самостоятельных законопроектов.

-                     А люди говорят, что ЗаПЧЕЛ, может, и предлагает, но их предложения не проходят...

-                     Однако за время 9 Сейма было принято 59 предложений фракции! Или напрямую - это около сорока, или мы предложим, большинство отвергнет, а через месяц-два-три это же предлагают правящие. Мы рады и голосуем «за», считая, что мы этого добились. Например, правящие обворовали пенсионеров, украв 10 процентов пенсий у неработающих и 60 процентов работающих. Мы выступили против, и в результате это решение отменил Констутиционный суд, полностью использовав при этом нашу аргументацию.

 

О программе в четыре тысячи знаков

 

-                     Накануне выборов все партии опубликовали свои программы в 4 тысячи знаков. Пройдемся, если не возражаете, по вашей программе. В ней, в частности, записано: очистить госуправление от коррупции. Ни одна страна мира не справилась с коррупцией, а вы - беретесь?

-                     Коорупцию нельзя уничтожить стопроцентно, но ее можно свести до минимума.

-                     Каким образом?

-                     Если бы мы пришли к власти, мы бы в первый же месяц объявили, что чиновникам госпредприятия, уличенным в коррупции, всем, от министра и до секретаря, пожизненно будет запрещено занимать должности в государственных и самуправленческих структурах. И получая 500 или 1000 латов зарплаты, вряд ли чиновник станет рисковать такими деньгами.

-                     Как вы поймаете за руку провинившихся?

-                     Ну, скажем, у нас проводится много конкурсов. Их результаты, критерии выбора победителя в конкурсе всегда можно проверить, проанализировать, справедливо ли отдан заказ той или иной фирме или за него заплатили «черным налом» или как-то иначе.

-                     Это что же, содержать дополнительный контрольный аппарат?

-                     Ни в коем случае! И в экономической полиции, и в KNAB'е должны работать профессионалы и делать свое дело. Другое дело, что эти наши аппараты ослаблены, коль скоро 95 процентов госаппарата — братья-латыши. Среди них много честных и умных людей, но русских, русскоговорящих в госаппарате примерно 5 процентов. Чтобы набирать наилучших специалистов в правоохранительные структуры и в госуправление вообще, должна быть нормальная конкуренция, а у нас ее практически нет.

-                     То есть вы полагаете, что контролем по-прежнему должны заниматья те же KNAB, госконтроль и прочие нынешние струкуры?

-                     Я хорошо знаком с г-жой Судрабой, я вхожу, помимо комиссии по образованию, культуре и науке, в ревизионную комиссию по публичным закупкам. И я действительно считаю, что г-жа Судраба работет профессионально, все проверки осуществляет дотошно, правильно, справедливо. Но КПД ее работы близок к нулю. Может быть, госконтролю надо придать и следственные функции. При советской власти госконтроль был при каждом министерстве, за разбазаривание миллионов люди бы пошли под суд. Сейчас г-жа Судраба пишет о растрате миллионов разными ведомствами и фирмами, передает материалы, с большим трудом добытые, в прокуратуру, генпрокуратура почему-то сама не занимается этими делами, передет материалы в экономическую полицию, и дальше - тишина. То есть никто ни за что в этом государстве не отвечает. Если бы у госконтроля наряду с финансовой проверкой было право вести и процессуально-следственные действия, он мог бы представлять суду уже готовые документы. Отмечу, что сам по себе госконтроль очень дорогой аппарат, и парадокс в том, что г-жа Судраба со своей командой работает честно и профессионально, а КПД близок к нулю. Значит, это нужно менять. И мы знаем как.

-                     Еще строка из вашей программы: платить чиновнику не за процесс, а за результат. Кто и как оценит результат, по какой такой шкале оценок?

-                     Все чиновники - депутаты, кстати, тоже - получают зарплату от налогов населения. Сегодня посетитель дрожит перед чиновником, посетителю трудно попасть к нему, посетитель не получает конкретного ответа на свой вопрос. Но чиновник должен знать - и морально, и в латовом эквиваленте его зарплаты - что не человек для чиновника, а чиновник для человека.

Единственный критерий общественной полезности труда – это его результат. Фонды зарплат корпуса чиновников в целом, отдельных министерств и других государственных ведомств, отделов и департаментов должны устанавливаться в строгом соответствии со средней зарплатой в Латвии – не только в государственном, но и в частном секторе. Расходы на госуправление также должны быть привязаны к уровню ВВП на жителя страны, к объему экспорта, к реальному уровню образования и медицинского обслуживания, к реальному уровню жизни латвийцев. Будут позитивные результаты работы чиновников – будет соответствующее финансирование как вознаграждение за хорошую работу. Будет падение – финансирование будет урезано. Чиновники любого уровня – всего лишь наемные работники на службе народа и не должны жить лучше своего работодателя – народа Латвии. Что касается контроля за деятельностью каждого конкретного чиновника, то есть соответствующие системы, например, в Англии, их опыт известен и описан. Надо послать одного человека для изучения такой системы, взять его за основу и адаптировать к нашим условиям.

-                     Еще строчка программы: очистить госаппарат от политических ставленников...

-                     Понимаете, в цивилизованном мире политическая элита меняется, а «белые воротнички» остаются. Лучшие из них нужны, уважаемы и неплохо оплачиваемы. А у нас меняется политическая элита, приходят к власти, скажем, народники, и они стараются избавиться от ставленников , ну, допустим, «Яунайс лайкс». Вместе с партиями у власти меняется и наше чиновничество, нередко высокие чиновничьи должности занимают сторонники правящих партий, родственники членов партий. В цивилизованном государстве такого быть не должно. Чиновник при исполнении служебных обязанностей не должен участвовать ни в какой политической деятельности. Однако все профессионалы, независимо от их личных политических симпатий, должны оставаться на своих местах и делать свое дело.

-                     Опять же - как этого добиться?

-                     Дело за малым - нужно прийти к власти. И я верю, что кто хочет, тот делает, кто не хочет - ищет причину.

-                     Последний вопрос по вашей программе. Вы считаете, что часть подходного налога населения должна идти на медицинские услуги конкретному человеку, на образование. А это как?

-                     Это как раз несложно. Человек платит налоги и оплачивает, скажем, образование своего сына. Государство может определить, какие деньги, в каком размере оно может вернуть ему из суммы его же выплаченных налогов.

-                     Это заодно повысит заинтересованность в уплате налогов.

-                     Вот именно.

 

Где взять деньги

 

-                     Вопрос из «другой оперы». Все, о чем вы говорили, требует серьезных реформ в управлении государством. Но реформы требуют денег, а откуда взять деньги - в стране же кризис?

-                     Давайте подумаем вместе. Вот прошла у нас волна сокращения чиновничества. Увы, сократили, где можно, уборщиц, вакантные места, а серьезного сокращения чиновничества не произошло. Реструктуризации госуправления не произошло.

-                     Почему?

-                     Об этом я уже говорил. Потому, что эти места занимают, в основном, родственники или друзья правящих. На самом деле чиновничество на сегодняшний день можно смело сократить в два раза, число министерств в два раза. Пусть они идут на стройки капитализма, открывают свой бизнес. Или едут в Ирландию на грибы и клубнику. Ведь еще недавно мы на них тратили 20 процентов от ВВП, тогда как в цивилизованных государствах не более 7 процентов. Это даст государству пару десятков миллионов, и ничего, я уверен, не ухудшится. К тому же чиновничество арендует громадные помещения, арендует гостранспорт, - помещения и транспорт надо продать или сдать в аренду, это тоже даст несколько десятков миллионов. Не знаю, улучшится ли от этого госуправление, но, точно, не ухудшится.

Второе. Будь мы у власти, ни один наш солдат не участвовал бы в зарубежных миссиях, тем паче за пределами Европы. А наши солдаты сегодня в Ираке, в Афганистане. Если участвовать, то за деньги НАТО. Между прочим, вы знаете, что пятая графа НАТОвского договора гласит о том, что весь альянс должен броситься на помощь, если на одно из государств альянса напали?

-                     Знаю.

-                     А что в договоре нет условия, что мы обязаны участвовать в таких-то миссиях? Наши 100 солдат и офицеров не решали проблемы ни Ирака, ни Афганистана. США важно, что мы их политически поддерживаем. Но если мы нужны НАТО, я бы вел переговоры: или мы не участвуем в этих миссиях, или НАТО оплачивает всю эту миссию. Это еще сэкономленные миллионы. Кстати, когда наши правители готовы были тратить 2 процента на оборону, а мы, ЗаПЧЕЛ, выступали против этого, нам говорили, что это «требование НАТО!», что эти 2 процента неприкосновенная «священная корова». Сегодня в связи с кризисом стали тратить меньше, и ничего не случилось. Между прочим, на все здравоохранение мы тратим 3,4 процента от ВВП, а та же Эстония почти в два раза больше. Хотя исходные позиции у нас были одинаковые, считалось даже, что в Латвии они немного лучше.

-                     Латвия дружит с НАТО и долго-долго «не дружила» с восточным соседом...

-                     Мы уже 20 лет лаем на Россию, как моська на слона, и это ухудшает наши экономические отношения. Но Россия - бездонный рынок, и нам, Латвии он выгоден. Если бы не лаяли, как, например, вослед трагическим событиям в Грузии, Южной Осетии, то, я убежден, у нас уже были бы новые рабочие места, мы могли бы возобновлять, восстанавливать, насколько это возможно, нашу промышленность, сельское хозяйство, были бы выгодные инвестиции. Но правые правительства изначально идут вперед с головой, повернутой назад, додумались до того, что от России нужно потребовать контрибуцию за оккупацию. Тратили деньги на эту комиссию, хотя было ясно, что Россия ничего не заплатит. Сейчас на эту комиссию денег нет.

-                     А ваши предложения по налоговой системе?

-                     Мы бы не пошли на повышение налогов - налога на добавочную стоимость и налога на прибыль. Увеличение влечет за собой неизбежный рост зарплат в конвертах. Подоходный налог сейчас 26 процентов, его можно и нужно снизить до 20-ти, в идеале - закончить на 15 процентах. НДС сейчас 21 процент, нужно тоже в конечном итоге снизить до 15 процентов. Плюс ввести льготный НДС на тепло, на книги, на детские товары - в идеале до 5 процентов. Для мелких предприятий ввести отдельную налоговую систему. Например, платить ежегодно деньги за патент, за право работать в своей маленькой парикмахерской или мастерской по ремонту.

И еще о деньгах, Я убежден, что сегодня Латвия может выжить без международных кредитов от ММФ и Еврокомисии. У нас более миллиарда лежит в госказне без движения. Но без движения любой капитал мертв, деньги должны «крутиться». Причем, не обязательно брать все 10 наших резервных миллиардов, можно остановиться на 3-5, и пустить их в дело. Мы бы вели переговоры с ММФ и Еврокомисией. Отдавать долги, конечно, нужно, но, во-первых, мы впредь прекращаем брать кредиты и, во-вторых, просим о продлении сроков возвращения кредитов. Я стопроцентно знаю, что и МВФ, и Еврокомиссия на это бы пошли.

-                     То, что вы говорите, по меньшей мере логично. Почему правящие не принимают вашей логики?

-                     Ну говорить, что они думают не тем местом, вроде бы несерьезно. Думаю, что они заботятся не о народе, а только о себе любимых. В первую очередь о латышах. Хотя те же пенсии уворовали у всех, страдают люди в денационализированных домах тоже независимо от национальности, платить по международным долгам будут все, и даже пресловутой, изначально политизированной реформой русских школ они дискримирнировали латышскую школу - в пылу чиновничьего рвения забросили методику, не проводили курсов повышения квалификации и т.д. Думать о народе это для наших правителей из серии «не включено».

-                     Спасибо за интервью, и успехов вам.

 

Политическая реклама. Оплачена партией ЗаПЧЕЛ

Комментарии


Символов осталось: