Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Дом культуры


25.05.2010   Неугомонный фестиваль

В Канне проходит очередной фестиваль — без преувеличения крупнейший в мире киносмотр, собирающий тысячи туристов и гостей. Фестиваль возник в свое время как альтернатива Венецианскому, был прерван войной, дважды срывался из–за проблем с финансированием и даже пережил небольшую революцию. И снова в Канне назревает скандал…

 

История Каннского фестиваля началась, как ни странно, в Италии. В конце 30–х годов Венецианский смотр под влиянием фашистского режима стал сильно политизированным. В 1938 году главный приз получила «Олимпия» любимицы Гитлера Лени Рифеншталь, несмотря на то, что фаворитом считалась «Великая иллюзия» Жана Ренуара. Это и стало последней каплей: группа французских кинематографистов обратились к правительству Франции с просьбой о создании нового независимого фестиваля. Идею поддержал министр образования Жан Зэя, и в 1939 году должен был пройти первый Каннский фестиваль.

Была собрана небольшая программа с фильмами всего пяти стран — Франции, США, Англии, Бельгии и СССР, а председателем смотра был назначен родоначальник кино Луи Люмьер. Океанский лайнер доставил заморских гостей, Канн наполнился туристами, а 1 сентября 1939 года фестиваль торжественно открылся, чтобы почти тут же закрыться, — 3 сентября Франция объявила Германии войну.

Официальной точкой отсчета Каннского фестиваля считается 1946 год — именно тогда, через 7 лет после неудачной попытки, первый фестиваль все–таки состоялся. Открывал киносмотр «Берлин» Юлия Райзмана, среди участников конкурсной программы числились ленты Билли Уайдлера, Альфреда Хичкока и Жана Кокто.

Дебют 1946 года тоже нельзя назвать гладким. Европа еще не восстановилась от войны, в 1948–м и 1950–м фестиваль из–за отсутствия денег вовсе не проводился. Не способствовали успеху первого фестиваля и совпавшие со смотром забастовки каннских коммерсантов. Но сорван фестиваль был лишь однажды — в 1968 году. Тогда Трюффо, Годар и другие леваки призвали прекратить буржуазный киносмотр в связи с парижскими студенческими волнениями, ворвались в кинозал и попытались остановить показ фильма. Режиссеры поспешно поснимали картины из конкурса, жюри разбежалось, и в результате фестиваль закрыли.

В 1951 году, дабы не сталкиваться нос к носу с Венецианским, фестиваль переехал с осени на весну. В 1959 году сформировавшийся вокруг Канн кинорынок получает статус официального мероприятия, и фестиваль становится не только светским событием, но и бизнес–площадкой.

Постепенно фестиваль расширялся и обрастал внеконкурсными программами — самые известные «Особый взгляд» и студенческая программа «Синефондасьон». Помимо «Золотой пальмовой ветви» жюри, назначаемое дирекцией фестиваля (с 1978 года исполнительным директором избирается Жиль Жакоб), вручает Гран–при, награды за режиссуру, сценарий, женскую и мужскую роль, приз жюри, «Пальмовую ветвь» за короткометражку и спецприз за лучший дебют.

Российские фильмы становились обладателями «Золотой ветви» Каннского фестиваля только раз: в 1958 году главный приз достался картине Михаила Калатозова «Летят журавли».

Но уже само участие в каннской программе считается престижным. Есть у Канн свои любимцы и среди российских режиссеров. Картины Александра Сокурова, например, участвовали в программе фестиваля пять раз, Никита Михалков представляет Россию на фестивале в четвертый раз. Самым удачным для него был 1994 год, когда «Утомленные солнцем» получили в Канне вторую по значению награду — Гран–при.

В этот раз на Лазурном Берегу нарастает скандал вокруг михалковских «Утомленных солнцем–2». Недаром хитрые отборщики поставили фильм на последний день — субботу. Во–первых, напряжение на протяжении десяти конкурсных дней будет только нарастать. Во–вторых, в субботу закрывается работающий параллельно с фестивалем кинорынок. А значит, рецензии в авторитетных Screen International, Variety и The Hoļywood Reporter скорее всего не успеют выйти до закрытия. Но ведущие французские ежедневники Liberation и Le Monde в преддверии фестиваля уже написали о картине, обвинив отборочную комиссию в необъективности, а Михалкова в любви к Сталину.

Второй факт свидетельствует о том, что фильма обвинители не видели. Это дало право руководству влиятельной прокатной компании Wild Bunch, в свою очередь, обвинить мировую прессу в травле Никиты Сергеевича.

Результат? Только один: повышенный интерес к «Утомленным солнцем–2»…

По материалам зарубежной прессы

 

ПОДПИСЬ К СНИМКУ: Каннская «Золотая пальмовая ветвь», созданная по эскизу Жана Кокто.

Комментарии


Символов осталось: