Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Дом культуры


23.10.2010   Закон, что дышло, а слово лечит

О кризисе русской культуры известно всем. Мало кто слышал, что такой же кризис, но закатанный в глянец, распространился на Западе. Философы объясняют его секуляризацией. Как из него выйти, никто не знает.

 

Многие российские культурологи и церковные деятели надеются на православие – дескать, оно спасет мир. Мнение, конечно, неожиданное. И, наверное, некорректное. Вряд ли с ним согласятся, например, французские или тем более латиноамериканские католики.

Положение может изменить только сама культура. Верней, те, кто ее «делают». Парадокс нашего времени как раз в том и заключается, что ни религия, ни церковь культуру уже не формируют. Например, европейская культура, равно как и русская, давно сформировались. И теперь, наоборот, от того, насколько бережно мы относимся к своему культурному багажу и как мы им распоряжаемся, зависит наше отношение к церкви, к религии и к вере. Даже больше, говорить сегодня можно – и нужно – о судьбе христианской цивилизации. Спасти и сохранить ее мы можем только одним способом – бережным и заботливым отношением к своей культуре.

Но это одна сторона дела, есть и другая. Беда, например, русского человека совсем не в том, что, как сейчас считается, на него пагубно влияет западный индивидуализм. Проблема скорей в его собственном образе мыслей. Пока он живет в скромном достатке, он придерживается одних традиций и принципов, именно христианских. Но как только начинает жить зажиточно, берет себе на вооружение совсем другие. И разница между ними огромна. В первом случае его нравственные устои определяются общечеловеческим подходом к моральным ценностям, а вот во втором ставятся во главу угла исключительно права человека. Традиции ему уже ни к чему, они только мешают. И если прежде он худо-бедно, но придерживался понятий о том, что такое хорошо, а что плохо, то теперь отходит от них и говорит – жить буду только по законам.

Казалось бы, ну и что такого? Все это, можно сказать, прописные истины. Но именно с этого и начинается кризис. С перехода от христианского, одухотворенного сознания, в идеале своем альтруистического, к секуляризированному и индивидуалистическому, когда в центр мироздания ставится только человек. Тут-то и начинают выпирать совсем другие, потребительски-эгоистические интересы.

И что любопытно, сильней всего секуляризация сказывается все-таки на западном обществе. В частности, это заметно и у нас в Латвии. Тогда как в России все происходит иначе, хотя именно там дольше полувека процветал атеизм. Но атеизм атеизмом, а дело в том (этот феномен подробно описал в свое время Бердяев), что в основу концепции коммунистического общества и всей советской морали были заложены принципы христианского гуманизма. Они-то, как ни парадоксально, на протяжении семидесяти лет и вдалбливались в сознание русского человека. Чего в западном обществе напрочь не было. Оно существовало само по себе, а церковь со всеми своими проповедями того же христианского гуманизма – сама по себе. Так секуляризация и отсекла этот гуманизм от сознания западного человека, создав благоприятную почву для культа прав человека.

Тут, кстати, понятным становится, почему и как могла возникнуть мысль, что только православие спасет христианский мир. Дело опять же в том, что сегодня именно православная церковь, поддерживаемая обратившимся к нему в последние годы российским населением и пользуясь тем, что основные христианские ценности из его психологии никакому атеизму до конца выкорчевать не удалось, начинает возвращать нас к понятийной системе общения и общежития.

Законы законами и права правами, а все-таки жить надо еще и по понятиям. Никуда человеку, если он хочет таковым оставаться, без понятий не деться. Закон – это прерогатива государства, права – привилегия человека, но ведь существует еще и общество. Вывести его из духовного кризиса можно только через культуру, а она апеллирует не столько к закону и правам, сколько к архетипам и происходящим от них понятиям. Поэтому на реабилитации роли понятий и настаивает православная церковь.

Комментарии


Символов осталось: