Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Написано по-латышски


23.08.2010   «Легкий акцент мы тебе простим...»

«Антигосударственный» вопрос, однажды заданный в телепередаче Андрея Мамыкина «Без цензуры», - явлется ли независимость Латвии исторической ошибкой? - наделал в свое время много шума. Однако в июне его повторило в своем опросе агентство Data Serviss. Итоги этого исследования прокомментировал на интернет-портале politika.lv социолог Марис Брантс. В частности, он написал следующее.

 

В некоторых государствах подобный вопрос был бы невозможен априори, однако в демократической Латвии он позволителен. «Будем надеяться, - пишет социолог, - что «соответствующие службы» не углядят в нем... ну, скажем, разглашения государственой тайны.

Приведя данные опроса Data Serviss, социолог Марис Брантс попутно вспоминает об анонимной статье, размещенной на портале tvnet.lv. В ней некие Катя и Сергей задают вопрос своим же, русскоговорящим: «А чего МЫ, собственно говоря, хотим от латышей?» И некто, имярек, ответил им: «Мы хотим, чтобы они от нас ничего не хотели!!!»

А чего хотят, задается вопросом Марис Брандс, латыши от русских? И отвечает. Конкретный «рижанин» больше придирается: надо, дескать, русскому владеть латышским языком, знать гимн, вывешивать флаги, признать оккупацию и т.п. Но на самом деле за этим стоит: либо ты один из нас, либо уезжай. «Один из нас» - это, по существу, латыш. Легкий акцент мы тебе простим. Но, если говорить совсем цинично, это означает: не мешай нам своим присутствием, своим языком, который я, хочу того или нет, слышу, своей музыкой, которую мне приходится слушать. Просто тем, что ты — другой. Потому что здесь — Латвия.

Это, в сущности, комментирует Брантс, как в анекдоте еще советских времен, когда говорили, что Рига хороший город, только в нем много латышей.

Разумеется, предупреждает социолог, это примитивная модель. Ответы латышей, как правило, все же неодинаковы.

А что касается русских, то было бы странно ждать от них особой лояльности в отношении государства, в котором, как считают сами латыши, госаппарат служит тому, чтобы им, латышам, жилось несколько комфортнее. За счет других. Ибо Латвия — латышское государство. Нелатышская же сторона, разумеется, не признает легитимности этого аппарата. И, похоже, замечает социолог, сейчас многие русские пребывают в уверенности, что их представители управляли бы страной лучше, нежели латыши.

«А в самом деле, - пишет Марис Брантс, - много ли у нас правительств, которые бы длительное время пользовались доверием? Много ли таких, кто заслуживает этого доверия? Но не ждет ли русская община, отодвинутая от управления государством, хорошего царя даже больше, чем латыши, царя, а своего представительства во власти?» Это вопросы, считает социолог, риторические.

Комментарии


Символов осталось: