Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Параллели истории


16.02.2010   Аргонавты в Латвии, или 14 имен Даугавы

«Берега Двины серебряные, а дно ее золотое», утверждал еще Иван Грозный. Здесь проходил один из путей «из варяг в греки», сюда направляли в поисках янтаря научные экспедиции древние греки и римляне, в водах этой реки погибло множество отважных моряков. В древнем мире бытовали версии, что на берегу Даугавы побывали даже аргонавты, а бог Аполлон – местный уроженец…

 

Бог и герои

 

Еще в Древней Греции писали о реке Эридан (Даугаве), которая «течет в полночь». И кто здесь только нe бывал! В поэме античного литератора Аполлона Родосского «Аргонавты» утверждается, что домой герои знаменитого путешествия возвращались кружным путем – через реку Эридан (Даугаву), Балтийское море и Гибралтар. А значит, в Латвии в древности побывали Ясон, Орфей и другие легендарные личности.

Древние греки верили, что на берегах Балтийского моря живут храбрые гипербореи, которых янтарь делает бессмертными. Мало того. Считалось, что большинство богов на Олимпе – местные, а вот Аполлон – мигрант. Естественно, из страны гипербореи. То есть из Балтии.

Ныне даже трудно поверить, как ценился янтарь в старину. В Древнем Риме крошечная янтарная фигурка стоила дороже раба. За янтарем в Балтию плавали финикийцы, на поиски земли гипербореев слали экспедиции греки и римляне... Так что Даугава не оставалась без внимания цивилизованной Европы. Европейские географы именовали ее по-разному, в зависимости от того, чье культурное влияние преобладало на континенте (всего у реки было 14 имен). Как уже говорилось, древние греки называли Даугаву Эриданом. Во всяком случае так называли крупную реку из янтарного края, начинающуюся на возвышенности в далекой Скифии. А какая еще река, кроме Даугавы, подходит под это описание? Но вот из греческой колонии Массалии (Марселя) отправили экспедицию к берегам Балтии и умудрились перепутать Даугаву с Танаисом (Доном). Позже у Даугавы появилось новое название – Рудон. Однако уже в VII веке западный географ именует реку Диной. Так (или Дюной) называли Даугаву древние викинги, немецкие крестоносцы…

 

Забытые сражения

 

Немецкие крестоносцы и остзейские бароны приложили огромные усилия, чтобы жители Латвии поверили в то, что политическая история страны начинается с появления на берегу Даугавы основателя Риги епископа Альберта. Как ни странно, многие латвийские историки до сих пор придерживаются этой версии. Между тем предки латышей имели славную историю. Еще за сотни лет до прибытия крестоносцев они участвовали в войнах, входили в коалиции с королями различных европейских государств. А если кто–то пытался их завоевать, отважно защищались. В древней саге о Рагнаре упоминается бой у устья Дюны, где пали восемь ярлов, то есть скандинавских вождей. (Позже ярлов в Скандинавии стали называть герцогами.) Вряд ли при таких потерях со стороны пришельцев сражение закончилось успешно для викингов.

Увы, сведения о доливонской Латвии приходится собирать по крупицам. Казалось бы, непочатый край для работы о давних войнах и славных победах балтов. Но не это интересует сегодня латвийских историков.

 

Маленькие, но славные

 

Еще до нашей эры по Даугаве шла бойкая торговля. Археологи находят в Латвии древнеримские, арабские монеты. Многие небольшие ныне латвийские города на Даугаве имеют славную, овеянную легендами историю. К примеру, существует легенда, что в Краславе некогда жила княгиня Рогнеда, супруга знаменитого киевского князя Владимира Святого. А вот что известно точно: во второй половине XVIII века не Даугавпилс, а именно Краслава была самым большим городом Латгалии. Здесь жили искусные ремесленники, имелся красивый парк, а ратушу украшала элегантная башенка… Поселок Ерсика в начале XIII столетия был больше Риги и являлся столицей крупнейшего княжества Латвии. Причем князь Ерсики считался вассалом полоцкого князя. Древний правитель Кокнесе князь Вячко прославился непримиримой борьбой с крестоносцами

Для русских интересна, безусловно, и история Екабпилса. Знаменитый курляндский герцог Екаб основал его в XVII веке как славянский город, где разрешалось селиться только русским, белорусам и полякам. В поселке Лиелварде по преданию жил легендарный Лачплесис. Так на берегах Даугавы можно перелистывать страницы истории и латышей, и русских Латвии….

 

50 тысяч моряков

 

В XVIII столетии город Рига быстро богател. Бюргеры переставали спать всей семьей на сундуках в однокомнатной квартире и переселялись в многоквартирные дома, покупая при этом дорогую мебель. У рижан появился свой театр, клубы, не только купцы, но и ремесленные мастера строили дачи рядом с Царским садом (ныне сад Виестура). Изучивший экономику города немецкий ученый Петри констатировал: «Благосостояние города держится… на торговле». А торговля велась бойко только потому, что каждый год по Даугаве в Ригу приплывало множество речных судов с товарами из Белой и Великой Руси. Не думайте, что доставлять их было легко! Плавание по Даугаве часто было опаснее путешествия по бурному морю.

Известный русский ученый второй половины XIX столетия А. Сапунов в книге «Река Западная Двина» приводит такие цифры. В первой половине XIX столетия в Ригу по Даугаве ежегодно отправлялись, в среднем, полторы тысячи стругов. Экипажи их составляли в общей сложности 50 тысяч моряков. Каждый струг вез десятки тонн груза. Путь был нелегок, на реке множество опасных порогов. Известно, что после преодоления порога у Краславы экипажу выдавали деньги на водку. Далее плавание становилось еще опаснее. Чтобы умилостивить реку, кормчий бросал в реку хлеб и соль, весь экипаж молился Богу. Очень опасные пороги были у Ерсики, у Кокнесе, у Кегумса, у Огре, у Саласпилса. А общее их число измерялось десятками. «Кровь стынет в жилах!» – писал очевидец о плавании. До Риги доплывали не все.

Сапунов отмечал: ежегодно из 1500 стругов 25 на порогах тонули. Так что богатство Риги, создание в ней архитектурных шедевров оплачивалось риском, а порой и жизнями славянских мореходов.

 

Стокилограммовые рыбины

 

Около 400 лет назад рижский бургомистр Франц Ниенштедт писал, что Даугава доставляет рижанам столько превосходной рыбы, сколько не ловится ни в одном другом городе на берегу Балтийского моря. А тот же Сапунов так красочно описывает рыбные богатства Даугавы позапрошлого столетия, что слюнки текут. Он пишет, что в Даугаве во второй половине XIX столетия водились в немалом количестве карпы, караси, лещи, подлещики, рыбцы, язи, сиги, лососи, хариусы, форели, щуки, налимы, судаки и множество других рыб. Причем порой рыбакам попадались в сети рыбы весьма значительного веса: щуки – до 16 килограммов, лещи – до 18 фунтов, язи – 8 фунтов, судак – до 16 фунтов веса…. А 50–килограммовый сом, попав на крючок, мог водить рыбака с лодкой по реке десятки верст. Об угрях говорилось так: «...обильно водятся в Двине».

С моря в Даугаву заплывала не только камбала, но и огромные осетры. Сапунов отмечал: «Осетры ловятся в Двине около Риги поодиночке, а иногда и десятками». Между тем весил немецкий осетр от 1 до 6 пудов, то есть его максимальный вес составлял почти сто килограммов.

В средневековой Риге лососины было столько, что слуги, нанимаясь на работу, оговаривали: их должны кормить не только одной лососиной. А нынешние деликатесы порой не вызывали у рижан прошлых веков доверия. Еще в учебнике географии для школьников в 20–е годов ХХ столетия говорилось, что миног едят в Латвии не все, так как эти рыбы напоминают змею.

 

Путешествие по льду

 

Ныне в Риге построено несколько мостов через Даугаву. А сто лет назад мост для пешеходов, повозок и автомобилей был всего один. Поэтому горожане летом нередко пересекали реку на лодках и пароходиках, а зимой – по льду. Причем не обязательно пешком. Существовали специальные санки, на которых «ледовые перевозчики» перевозили на другой берег любого желающего за небольшую плату. Мало того. Когда лед был крепок, рижан перевозили на другой берег на автомобиле. Рисковые в этом городе жили люди!

Комментарии


Символов осталось: