Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  Параллели истории


17.05.2010   Рижские пушки

Триста лет назад в Риге имелось свыше 600 пушек, мортир и гаубиц. В среднем, по пушке на каждые 10–12 взрослых мужчин. Как говорится, если близко воробей…

Пожалуй, не корабли, не склады с товарами, а именно артиллерию можно назвать главной ценностью города того времени. Кстати, некоторые пушки, доставленные в Ригу в XVIII столетии, были символом русской воинской славы.

 

На всю оставшуюся жизнь…

 

Еще 600 лет назад рижские орудия славились дальнобойностью и большим размером. Конечно, они были поменьше, чем знаменитая московская Царь–пушка, весившая 40 тонн. Но веса в 4 тонны самые мощные из них достигали. Только меди на одно такое орудие требовалось столько, что за нее надо было заплатить свыше ста килограммов серебряных монет. Так что тот, кто продал одну пушку, мог потом всю оставшуюся жизнь безбедно жить на вырученные деньги. А пушки в Риге, как уже говорилось, считали сотнями. Откуда же взялось такое богатство?

Первая литейная мастерская появилась в Риге только в конце XVI века. За все время ее работы рижане отлили менее 100 пушек. Стало быть, большинство орудий были привозными. Можно сказать, что рижане хорошо устроились! Ведь их родной город защищали в основном чужие орудия — собственность польских, шведских королей, русских царей. Так, в начале XVĪI века много пушек привезла в город шведская армия. Несколько орудий городу еще в XVĪ столетии подарила шведская королева Кристина.

Кстати, дарить Риге пушку считалось в давние времена хорошим тоном. Известен случай, когда в XVI столетии пушку в дар родному городу преподнес богатый бургомистр (были же спонсоры в давние времена!).

В XVĪI столетии рижский ученый и художник Иоганн Бротце нарисовал несколько рижских пушек и описал их историю. Например, одно из орудий в начале 80–х годов XVI столетия перешедшему под власть Польши городу специально подарил польский канцлер Ян Замойский.

 

А счастья нет…

 

В давние времена пушечных дел мастера считались в Риге уважаемыми людьми, секреты литья передавались от отца к сыну. Так как каждая пушка была огромной ценностью, ей часто давали имя. А еще на ней делали грозную надпись, поднимавшую боевой дух артиллеристов. К примеру, в XV веке у рыцарей Ливонского ордена в Рижском замке хранилась пушка под названием «Лев». В 1618 году мастер Гессус отлил для Риги пушку под названием «Большой змей». Что в переводе на язык индейского племени могикан звучит (если верить знаменитому американскому писателю Фенимору Куперу) как Чингачгук. Пушка, получившая то же имя, что и знаменитый литературный герой, была снабжена грозной надписью. Она начиналась так: «Меня зовут Большой Змей, город Рига, моя Отчизна. Буду противостоять ее врагам…»

Во второй половине XVĪ века у Риги появилась пушка «Котенок». Ее надпись напоминает слова из басни «Крылова» о том, что страшнее кошки зверя нет. Ведь «Котенок» утверждал: «Когда я, маленький котенок, поймаю мышку, тогда слышен шум, когда я бью, никто не может спастись…»

Говорят, что пушки — последний довод королей. А вот их рижским владельцам орудия не всегда приносили счастье: ни «Лев», ни «Котенок», ни даже рижский «Чингачгук»… В 1481 году начался конфликт между Ливонским орденом и Ригой. Из Рижского замка солдаты ордена обстреливали город. Но в 1484 году рижане в ответ захватили замок, разобрали его по камешку на стройматериалы, а плененного «Льва» забрали в собственность.

«Большой змей» был, как уже говорилось, отлит в 1618 году. Через три года шведский король Густав Адольф осадил город и предъявил ультиматум: или Рига сдастся, или он превратит ее в груду развалин. Рижане проявили благоразумие, и «Чингачгук» «поменял подданство».

Но ни «Большой змей», ни «Котенок» не смогли ничего сделать 300 лет назад, когда Ригу осадила русская армия. В тот момент, когда русские пушки стали обстреливать город многопудовыми ядрами, «Котенок» вполне мог почувствовать себя маленьким котиком…

После капитуляции шведского гарнизона рижские пушки достались россиянам. В том числе и «Рижский лев». Впрочем, то было не старое орудие XV столетия, а пушка с тем же названием, созданная в 1687 году. Ныне этот «Рижский лев» хранится в Петербурге в артиллерийском музее.

 

Улица Артиллерияс

 

Как известно, улица с таким названием находится в Риге рядом с Видземским рынком. Более 150 лет назад она называлась Новая Артиллерийская. Название было связано с тем, что здесь еще в XVĪI веке находились артиллерийские казармы и хранилище для пушек. Кстати, в то время артиллерия размещалась на далекой окраине: рядом проходила граница города, размещались Петербургские ворота.

Во–второй половине XVĪI века в этом хранилище размещались и орудия с инициалами знаменитого прусского короля Фридриха Великого, а также пушка, отлитая французским мастером Беранже. Как же они попали в Ригу?

В 1757 году произошло одно из первых сражений Семилетней войны — битва при Росбахе. Прусские силы при Росбахе насчитывали лишь 24 тысячи человек, им противостояли 42 тысячи объединенного франко–австрийского войска. Прусский король Фридрих показал себя воистину великим полководцем. Он легко разбил превосходящие силы противника и захватил десятки орудий. В том числе и пушку, отлитую французским мастером Беранже. Военное счастье переменчиво: через некоторое время русская армия разбила Фридриха и захватила богатые трофеи. На прусских пушках имелось изображение прусского орла. На одной из них, весившей около тонны, была надпись «Славе и Родине». Быстро проходит мирская слава: «плененные» прусские и французская пушки были отправлены победителями в Ригу и в случае необходимости должны были крепить ее оборону. А само их пребывание в городе невольно напоминало о славной победе русской армии.

 

Латышские пушкари

 

…1812 год. Союзные императору Наполеону прусские войска приближались к Риге. Город готовился к обороне. Выяснилось, что артиллерийской команды Рижского гарнизона недостаточно для того, чтобы обеспечить пушкарей для всех имевшихся в городе орудий. Тут–то и вспомнили о старинном обычае: рижские латышские ремесленные братства с давних пор участвовали в обороне города. В 1812 году, когда при приближении к городу наполеоновских войск к орудиям встали представители латышского братства трепальщиков пеньки (заметим, представители непростой, требовавшей большой физической силы профессии).

В ночь с 11 на 12 июля 1812 года члены братства совершили своего рода нравственный подвиг. В ту ночь было получено ложное известие о приближении войск противника к рижским укреплениям. Был отдан приказ сжечь деревянные предместья, чтобы противник под прикрытием домов не мог подобраться вплотную к крепости. Солдаты жгли дома (кстати, жители предместий давно знали, что их жилище в случае осады Риги может постигнуть такая участь, и, не случайно в предместьях строились недорогие деревянные строения), а обитатели предместий спасали свое движимое имущество. Артиллеристы–трепальщики пеньки с городских валов наблюдали за пожаром, ни один из них не покинул боевой пост, чтобы спасать от огня свои вещи. Командир артиллерийской команды полковник Третьяков наградил братство трепальщиков пеньки особой почетной грамотой.

Во второй половине XIX века Рига перестала быть крепостью. Валы срыли, а что же пушки? Часть орудий еще в 1837 году отправили в Санкт–Петербург (ныне они находятся в артиллерийском музее), часть попросту сдали в металлолом, некоторые попали в Музей истории Риги и мореходства. Но и в Старой Риге можно увидеть остатки былой роскоши — рижские пушки.

Комментарии


Символов осталось: