Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  В мире


29.03.2010   Греческая трагедия

С новостных лет мира не сходит обсуждение экономической ситуации в Греции. Она, по мнению некоторых обозревателей, может поставить под удар существование зоны евро и всего Европейского союза. Так что же было и будет с Грецией, а вместе с нею и с ЕС? Вот некоторые комментарии российских аналитиков на эту тему.

 

Мария Глушенкова, Ольга Коева и Павел Чувиляев пишут в журнале «Деньги» следующее.

«Сюжет греческого кризиса внешне довольно незамысловат. В январе 2010 года выяснилось, что бюджетный дефицит Греции составляет 12,7 процентов ВВП, а государственный долг — 113 процентов ВВП. Однако, согласно Пакту о стабильности и росте, который обязуется соблюдать каждый член ЕС, в том числе и Греция, национальный бюджетный дефицит не должен превышать 3 процентов ВВП, а размер госдолга не должен быть больше 60 процентов от ВВП.

Греция намекнула, что нуждается в помощи со стороны ЕС, но Евросоюз под давлением возмущенного столь грубым нарушением обязательств Европейского центробанка (ЕЦБ) потребовал от Греции принять жесткую программу сокращения бюджетных расходов. Программа ЕС была частично принята в феврале. Были сокращены пенсии и зарплаты бюджетников, повышены налоги. Увеличилось даже налогообложение греческой православной церкви. Церковь была возмущена.

Впрочем, не только она. На улицы городов вышли толпы протестующих. Митинги иногда переходили в погромы.

На фоне свежих протестов как–то забылось, что Грецию лихорадит уже полтора года. Еще в середине декабря 2008–го в Афинах и других крупных городах Греции вспыхнули уличные беспорядки. Правда, тогда их списали на «вандализм радикальных молодежных группировок». И как–то не заметили в рядах протестующих экономических лозунгов.

А меж тем уже в 2008–м кризис ударил по Греции весьма сильно. Ведь развитой промышленности, как во Франции или в Германии, в Греции нет. Поэтому львиная доля доходов, в том числе и в госбюджет, поступает от туризма, экспорта сельхозпродукции и экспорта стройматериалов (в частности, мрамора). Но в кризис людям и компаниям не до поездок и не до отделки офисов мрамором — эти отрасли пострадали одними из первых. В результате за 2008 год безработица в Греции увеличилась всего на 1,4 процента, а в январе 2009 года — сразу на 19 процентов.

Видимо, чтобы тогда унять погромщиков, правительство премьер–министра Йоргоса Папандреу и вынуждено было увеличить бюджетный дефицит и госдолг. На год средств хватило, зато теперь приходится краснеть перед представителями других европейских стран и еврокомиссарами. Так, 16 февраля премьер–министр Литвы Андриус Кубилиус заявил, что «Афинам нужно предложить добровольный выход из еврозоны, так как европейские страны стали заложниками безответственной финансовой политики греческого правительства».

А 5 марта канцлер Германии Ангела Меркель предложила членам бундестага «разработать механизм исключения из еврозоны отдельных стран, нарушающих ее финансовую стабильность; критерием отбора кандидатов на выбывание может стать размер бюджетного дефицита».

Ситуацию несколько разрядило заявление председателя группы министров финансов стран еврозоны Жан–Клода Юнкера от 16 марта. «Министры финансов стран еврозоны договорились о предоставлении помощи Греции — скорее всего, в виде двусторонних кредитов», — сообщил он.

 

Не по одежке протягивала ножки

 

А вот фрагмент из публикации Кирилла Привалова в журнале «Итоги».

«Начало истории, — пишет он, — тянется с 2001 года, когда Греции разрешили войти в зону евро при условии, что в течение двух ближайших лет она приведет в порядок свои госфинансы. Согласно установленным европейцами правилам дефицит бюджета и внешний долг стран — участниц зоны евро не могут превышать соответственно 3 и 60 процентов ВВП. Греция, много лет находившаяся под диктатурой «черных полковников» и считавшаяся одной из наиболее бедных стран на континенте, не соответствовала этим жестким критериям. По большому счету от Афин требовалось отказаться от привычки одалживаться по любому поводу. Но по одежке протягивать ножки у греков никак не получалось. И они отправились в Нью–Йорк.

Предложение, от которого невозможно было отказаться, первыми сделали банкиры из Goldman Sachs. В 2001 году они посулили греческому правительству ссуду на два с лишним миллиарда евро. Все шито–крыто. В статистику официального госдолга, отслеживаемого еврокомиссией, эти деньги не попали, поскольку оформлялись как валютные свопы (обмены).

В такой операции на тот момент не было, по брюссельской логике, ничего противозаконного. Более того, к подобной операции в первые годы существования евро прибегали и французы, и итальянцы, и испанцы… Но у них эти игры носили разовый характер, а греки играли азартно и системно. Эти сделки обходились им куда дороже, чем обыкновенный кредит: комиссию за ту первую операцию 2001 года Афинам придется выплачивать аж до 2037–го! Но главное было сделано: деньги в греческую казну потекли, накачивая госбюджет заемными средствами.

«Если выяснится, что те же банки, которые подвели нас к краю пропасти, помогали Греции фальсифицировать статистику, это станет настоящим скандалом», — заявила Ангела Меркель. Немецкий канцлер озвучила лишь часть правды. Вслед за Афинами схожие проблемы, пока и не в такой острой форме, могут появиться и у других южноевропейских стран — членов ЕС. Не зря их объединяют в континентальной классификации вместе с Грецией в группу с названием PIGS (Португалия, Италия, Греция, Испания). Государственный долг у них стремительно увеличивается, перспективы роста экономики выглядят туманными…

«Проблема, в центре которой оказалась сегодня Греция, политическая. Великобритания не намерена переходить на евро, а Соединенные Штаты потирают руки, видя, как положение на континенте все больше дестабилизируется. То есть Goldman Sachs, Merril Lynch и прочие Morgan Stanley не более чем инструменты воздействия Америки на страны с такой уязвимой экономикой, как Греция, а через это и на Европу», — признает греческий экономический аналитик Александрос Папарсенос. Все вышеназванные финансовые институты были партнерами греческих властей. И это тесное сотрудничество принимало формы весьма специфические.

Власти Евросоюза после скандала вокруг греческих долгов грозят провести расследование деятельности спекулянтов, фактически подставивших Афины под дефолт. Впрочем, основные фигуранты и события этого финансово–политического детектива известны уже сейчас. Игрок номер один — Джордж Сорос, американский миллиардер венгерского происхождения, глава одного из крупнейших хедж–фондов. По одной из версий еще в конце минувшего года он произнес ключевую для инвесторов фразу: «Евро должен вернуться к паритету с долларом». Как в воду глядел. За три месяца греческого кризиса евро потерял едва ли не шестую часть своего веса. А сколько на этом заработали финансовые спекулянты, остается только догадываться.

Против Эллады играет пул инвесторов из лондонского Сити. Его возглавляет финансист Джон Полсон (тоже, кстати, американец). Он сбил команду из 20–30 испытанных «бойцов», предпринявших массированную биржевую атаку против греческой экономики.

«Лишенные брезгливости финансисты поставили перед собой цель посеять панику вокруг Греции и, спекулируя на рынке, заставить ее брать новые кредиты под еще большие проценты», — пишет парижская Liberation.

Валютные бреши в Евросоюзе придется затыкать немцам с французами. Чтобы защитить еврозону от распада, они по сути дела уже согласились заплатить по греческим долгам. Как подытожил финн Олли Рен, еврокомиссар: «Если Греция станет банкротом, будет нанесен удар по кредитоспособности всего Евросоюза. Евро — это не просто валюта, а сердце европейского политического проекта». По сути, сердце европейской империи. И она его будет защищать любой ценой.

 

Не так страшна Греция…

 

Однако Евросоюзу и зоне евро распад не грозит, считает председатель правления Института современного развития Игорь Юргенс (публикация в «Российской газете»).

«Греческий вопрос обострило три обстоятельства — экономика страны невелика, запаса прочности не так уж много, а 12,7 процента — серьезное нарушение европейских правил. Но самое большое раздражение в Евросоюзе вызвала ложь финансовых властей и правительства Греции по поводу реальной дыры в бюджете. Надо сказать, что многие страны ЕС не укладываются в 3–процентный лимит. Но Греция солгала, и это вызвало болезненный резонанс.

Новое правительство стало оперативно принимать меры. Наметило резкое и очень неприятное для потребителя сокращение всех госрасходов, урезание зарплат государственным служащим и другие драконовские меры. После того как они были объявлены, Папандреу с просьбой о помощи посетил Брюссель, Вашингтон и другие столицы мира. Реальная ситуация в настоящий момент такова: правительство Греции сообщило, что в результате предпринимаемых мер оно сократит расходы почти на 2 процента ВВП. И это очень существенная сумма — Евросоюз ожидал не более 1,5 процента.

Несколько дней назад от имени Европейского союза министр экономики, промышленности и занятости Франции Кристин Лагард заявила, что меры, предпринятые Грецией, вполне достаточны, что Евросоюз поверил в их радикальность и реальность. Мадам Лагард особо подчеркнула, что ЕС не испытывает в настоящий момент тревоги по поводу судьбы Греции, ее пребывания в Евросоюзе (о чем вопрос вообще не стоял) и кредитоспособности в будущем.

Главное — Евросоюз к Греции лоялен, сами греки, несмотря на массовые социальные протесты, в конце концов приняли драконовские стабилизационные меры своего правительства. Затем есть надежда, что с завершением рецессии в Европе возобновятся заказы на товары традиционного греческого экспорта, снова наберут силу туристические сезоны, которые обычно приносили грекам значительные доходы. Постепенно ситуация выправится. За два–три года греки обещают довести дефицит своего бюджета до 3 процентов. Что вполне реально».

Игорь Юрген отмечает, что сегодня «есть проблемы и у стран, вновь принятых в Евросоюз. Это в первую очередь касается Латвии и Венгрии. Большие трудности переживает и такая крупнейшая экономика ЕС, как Великобритания. Но здесь для Европы угрозы меньше, потому что английская банковская система опирается на фунт стерлингов. Как известно, Великобритания не вошла в зону евро, поэтому ее трудности не сказываются прямым образом на целостность европейской валюты. Тем не менее все эти тревожные сигналы говорят о том, что хотя по всем показателям рецессия в странах региона закончилась, но выход из нее идет очень медленно. Поэтому ждать в еврозоне решительного подъема производства в 2010–2011 годах было бы наивно. По тем материалам, которые я могу анализировать, второй волны кризиса в Европе не ожидается. Ожидается, как уже сказано, медленный подъем, который во многом будет зависеть и от поведения экономик третьих стран — США, Китая, Индии, Бразилии, Южной Африки. Азиатские рынки уже демонстрируют довольно большой рост, соответственно, началось потребление товаров европейского производства. Так что при соответствующем поведении национальных властей и центрального банка Евросоюза распада евро, исчезновения его как единой валюты в ближайшее время не предвидится. Что касается падения курса евро и доллара, то это совершенно предсказуемо. Цена любой валюты определяется уровнем развития экономики. Лучше себя чувствует экономика — растет курс валюты, хуже — падает. Соответственно, и доллар, и евро в среднесрочной перспективе могут иметь тенденцию к снижению курсов».

Комментарии


Символов осталось: