Главная страница  -  Разное  -  Ракурс  -  В мире


20.09.2010   Можно ли научиться любить?

В память об отце Александре мы предлагаем читателям Ракурса фрагменты одной из публикаций рижского «Хрiстианоса» - воспоминания москвички Марии Водинской, прихожанки Сретенского храма в Новой Деревне, где служил Александр Мень.

 

...Совершенно разные люди стали рассказывать мне, что есть священник, который служит в Подмосковье. Он пишет книги и энциклопедически образован. Он необычайно одарен и открыт людям. Он многим помог.

Удивительно, но из других источников пришли одновременно книги о. Александра: «Сын человеческий», «Истоки религии», «Дионис, логос, судьба», «Вестники Царства Божьего»... Я читала, и мне казалось, что о. Александр знает Того, в Ком я теперь так нуждаюсь! Это значит, что он сможет мне помочь. Я поверила в это, и решила, что поеду в Новую Деревню. Хотя и робела. Это был Покров 1977 года...

С того дня я начала каждую неделю ездить в Новую Деревню в церковь на службы. Но мое личное знакомство с о.Александром произошло не сразу. Я долго не могла решиться подойти к нему, поговорить о своих проблемах.

Отец Александр оставил меня дожидаться внутри своего кабинета. Я провела два часа среди книг и икон. А когда он вернулся, мы познакомились.Отец Александр сидел в кресле за столом. Я — напротив. Исповедуясь, я встала в какой-то момент на колени. А потом я уже рассказывала о себе и плакала, уткнувшись в подол его рясы. А он слушал и гладил меня по голове, как маленькую.

...Однажды я спросила отца о грехах, что с ними делать. И он мне рассказал про корову, которая пасется на лугу. Она делает «свое дело», «знай себе, жует», а грехи, как оводы, липнут. Она их хвостом отгоняет и продолжает «свое». Про это же, но позже он говорил и другими словами. Он говорил, что в каждом из нас есть «ветхий человек» и «новый человек». И полагать себя нужно в «новом человеке».

Я приспособилась носить с собой тетрадку и писать о. Александру в нее, как в дневник. Иногда он с кем-нибудь присылал пиьсменный ответ, если мой вопрос был важным и было ясно, что доехать до Новой Деревни я смогу нескоро.

«Дорогая Маша. Вас заботит и угнетает многое. Но половину из этого можно отбросить. Однажды папа Иоанн ХХĪI в начале своего понтификата проснулся в холодном поту от забот и не мог заснуть. А потом сказал себе: «Джованни, что ты мешаешь Богу? Это Его забота!» - и спокойно уснул. Так и Вы должны побольше Ему оставлять. Не думать, что Вы должны близких переделать. Переделывайте себя. Близкие за Вами потянутся. И не надо «оценивать». Живите проще, органичней, гармоничней. Задачи: быть представительницей Евангелия, любить свое дело, радоваться от того, что можешь и приносить радость другим. Радость в отдаче (молитва, любовь, творчество). Все остальное пыль. С любовью Ваш о.Александр».

Как-то я написала отцу Александру о том, что чувствую от его молитв, как меняются мои мысли, о его избранности. Он же мне ответил: «Маша, мы все на одном пути. Разницы нет. Просто мы с Вами находимся на разных отрезках этого пути и начинали с разного».

Разница, конечно, была! Она была в силе и «качестве» его любви к Богу! Но я согласилась с тем, что он сказал. Именно эти слова отца являют для меня позицию, из которой «возможна любовь», деляют для меня «других» близкими. Именно эти слова и определяют на протяжении многих лет мое отношение к людям...

«Христианин должен ногами твердо стоять на земле, а головою быть в небе», говорил отец. Он не одобрял ситуаций, когда люди, «ударяясь в веру», оставляли работу, близких, становились бомжами, сторожами и пр. Он не одобрял веры, отдельной от жизни, так же как и жизни, отдельной от веры.

Как-то я сказала ему о долге, который понимала чересчур серьезно. Это было про то, что «должна» что-то своим близким, которые «вкладывали» в меня свои силы, время и т.д. Отец смеялся искренне и так долго, что я в какой-то момент наконец почувствовала всю нелепость своих утверждений. «Вы ничего не «должны», Машенька! Вы свободны!».

Сама я не очень умела устанавливать простые и паритетные отношения. Отец же умел прекрасно! То шуткой, то доброй улыбкой, то самыми простыми словами или неожиданным вопросом он снимал мои зажимы и комплексы. Он умел в какой-то момент перейти на «ты» и дать мне почувствовать себя близким ему человеком. А потом снова переходил на «вы», говоря о чем-то очень серьезном.

...Много лет отца Александра уже нет с нами. Невозможно «доехать» до него на электричке, невозможно вместе ходить вокруг храма, разговаривая, вместе прогуляться до кладбища, посидеть «в очереди» в его кабинет, передать письмо с оказией...

За эти годы, которые прошли с момента его гибели, очень изменилась жизнь. Мои собственные дети выросли и стали взрослыми людьми. Но по-прежнему все, что встречаю в жизни, я «проверяю» отцом Александром, его «духом». Отчетливо звучит его голос: «Главное, быть представительницей Евангелия. Все остальное пыль».

 

Можно ли человеку научиться любить Бога?

«Люблю Тебя, Господи, люблю более всего на свете! Ибо Ты есть истинная радость, душа моя! Ради Тебя люблю ближнего, как самого себя». Так молился отец, но тогда мы этой молитвы не знали. Нам он иногда говорил шутливо: «У меня соглашение с Богом. Я Ему — себя, а Он во мне — все остальное!».

Комментарии


Символов осталось: