Главная страница  -  Партия  -  Съезд партии


21.05.2007   Выступление Татьяны Жданок на IV съезде ЗаПЧЕЛ 19 мая 2007 г.

 

Миссия ЗаПЧЕЛ в новых условиях

 

Уважаемые гости съезда!

Дорогие друзья и соратники — делегаты съезда!

Мы сегодня присутствуем на историческом событии.

И это не громкая фраза и не преувеличение.

В истории — новейшей истории русских Латвии — завершился большой этап. Можно сказать, что мы переходим на следующий виток диалектической спирали.

Десять лет назад «Русский вопрос» был четко поставлен в повестку дня.

К этому времени уже были приняты Закон о гражданстве и Закон о статусе неграждан, разделившие общество по признаку происхождения. Этим разделением и, как следствие, поражением в правах большей части русскоязычных этнократическая элита решала тактический вопрос своей устойчивости во власти. Но ей предстояло оформить законодательно и свою стратегическую цель — трансформацию многонациональной страны в мононациональное государство. Инструментами здесь должны были стать ассимиляционные Закон о языке и Закон об образовании.

Для выполнения задачи противостоять этим замыслам и объединили свои усилия три партии. В мае 1998 года было создано объединение «За права человека в единой Латвии».

Но через некоторое время карикатуристы стали изображать нас уже в виде классической троицы «лебедь, рак и щука».

Лебедь рвался в верха, в правительство. Рак пятился в прошлое. Ну а щука продолжала не давать дремать карасям. В итоге она единственная потащила воз в заданном ранее направлении. При этом ее пути то и дело мешали бывшие партнеры. Во власть они так и не попали, зато поддержали сначала одно не свое правительство, потом другое. Ну а когда бывшие партнеры увидели, что ведомый без них экипаж все-таки успешно движется, и его пассажиры доверяют вознице и никому больше, то обвинили в потерях, понесенных за время скачки по ухабам, именно того, кто взялся за гуж. А затем быстренько скопировали его лозунги (За русскую школу! За русский язык!) и выдали себя за того, кто потянет возок дальше.

Сейчас экипаж снова стоит в точке исторической спирали, имеющей то же название: «русский вопрос». И вопрос этот стоит предельно четко: «быть или не быть?». Но спираль, как ей и положено по законам диалектики, находится уже на новом уровне. Давайте ответим себе на вопрос, в чем же его особенности.







Внутриполитическая ситуация


В 1998-м политические партии делились на «национальные» и ЗаПЧЕЛ, а особняком стояла практически моноэтническая партия социал-демократов, за которую по социальным мотивам голосовала и часть русскоязычных.

Сейчас на голоса русскоязычных избирателей претендуют расположившиеся в центре политического спектра две объявляющие себя смешанными по этническому составу структуры: «Центр согласия», а также коалиция Первой партии и «Латвийского пути».

И если социал-демократы никогда не претендовали на получение подавляющего большинства «русских» голосов, то указанные две партии такую задачу ставят. «Центру согласия» удалось к ней приблизиться на прошедших осенью 2006 года парламентских выборах.

Чем это грозит русским Латвии?

Ответ лежит на поверхности: тем же, что произошло в Эстонии.

На примере Эстонии нас и балтийские, и российские горе-политологи уверяли, что время этнических русских партий прошло. И что все «русские» задачи успешно решат центристы. Не решили ни одной. И в итоге — бунт лишенной политического лидерства, значительно маргинализированной общины.

Я имела «удовольствие» наблюдать, с какой издевкой депутат Европарламента от эстонских центристов Сийри Овиир упомянула своих русских избирателей в речи на пленарном заседании 9 мая. Что-то по мотивам знаменитых водки, воблы и частушек.

Совсем из другой оперы, но не менее цинично выглядит и предложение наших Первой партии и Латвийского пути провести в 2009 году референдум об участии неграждан в местных выборах. Во-первых, они скромно умалчивают, что такой референдум заведомо обречен на провал: поскольку менять придется норму Сатверсме, а не просто закона, то нужно, чтобы «за» высказалось не менее половины всего состава избирателей (семьсот с лишним тысяч), а не просто половина тех, кто придет голосовать. Но даже если речь шла бы о простом большинстве, в двухобщинном государстве всегда победит большая по численности его часть. А ведь демократия — это и учет мнения меньшинства. Недаром в двухобщинной Бельгии проведение референдумов запрещено Конституцией.

О наших бывших партнерах из «Центра согласия» уже говорилось. Решать «русские вопросы» они и не собираются. Ничтоже сумняшеся, Нил Ушаков заявляет, что русский язык в Латвии сохранится автоматически — это, мол, аксиома. Как будто не у нас на глазах русские дети, отданные в латышские школы, становятся потерянными для их родителей и для общины в целом. Как будто нет примера Франции, где о двух миллионах русских эмигрантов напоминают лишь могильные плиты да фамилии их офранцузившихся потомков.

Еще одно яркое отличие политической картины десятилетней давности от нынешней: тогда о всеобъемлющем влиянии олигархов на политические партии говорилось лишь шепотом в кулуарах, сейчас это — не подвергаемый сомнению публично обсуждаемый факт.

Но в обсуждениях этих редко встретишь предложение что-то менять. А ведь решения есть и успешно применяются во многих странах. Например, государственное финансирование партий. Латвия и Молдавия являются единственными европейскими странами, где такого финансирования нет вообще. Или жесткие ограничения на рекламу. В Дании вся разрешенная предвыборная агитация сводится к плакатам и листовкам. На телевидении и радио — только участие в дискуссиях на условиях равноправия. Мы все только что были свидетелями того, как во Франции за сутки до выборов прекратилась вся агитация. А у нас она вовсю идет даже в день выборов. Достаточно вспомнить прямые оскорбления кандидатов в депутаты от ЗаПЧЕЛ в эфире «Нового радио» 7 октября. Кстати, с помощью суда эту проблему не решить. Жалоба Якова Плинера в адрес радио Мирского лежит, видимо, глубоко под сукном.

Нам надо найти союзников и вместе оказывать давление на законодателей с целью изменения правил финансирования партий и проведения рекламной кампании в предвыборный период.







Позиция России и Запада


Россия недавно отказалась от «пакетного» подхода в двусторонних соглашениях с Латвией, которого она длительное время придерживалась.

Был «развязан» весь пакет договоров, в который входил, наряду с договором о границе и экономическими соглашениями, еще и социальный договор, а также совместная декларация о принципах, включавшая правозащитный аспект. Загадочным образом был задвинут на дальнюю полку договор социальный, а о декларации все вообще забыли. Более того, разного уровня российские визитеры все как один стали говорить о наблюдающемся якобы улучшение положения с правами русскоязычного меньшинства.

Сейчас объективно интересы очень состоятельных влиятельных кругов России входят в противоречие с интересами выживания русской общины Латвии и Эстонии. Этим людям хочется иметь в качестве партнеров респектабельных политиков, принадлежащих к политической элите. В качестве таковых, еще по советской привычке, выбираются «хорошие» представители титульной нации. К чему это привело в Эстонии, мы уже видели. Русские жители Латвии и Эстонии становятся заложниками в деле решения российских экономических и внутриполитических задач.

Запад же вообще выбирает русскоязычных в качестве объекта провокации. Мало кто в Эстонии сомневается сейчас в том, что это именно так. Печально, что следствием таких провокаций является состояние «холодной войны». Именно эти слова сейчас в Европе все чаще используются для обозначения отношений с Россией.

Кстати, примечательно, что слова эти использовал Мирослав Митрофанов для названия книги, изданной нами для Европарламента. Назвав неграждан Латвии последними пленниками той, первой «холодной войны» (а точно то же определение можно отнести и к негражданам Эстонии), он и не подозревал, что через полгода уже вся русскоязычная община Эстонии станет объектом провокации для развязывания второй «холодной войны».

Я считаю, что втягивание Европы в такую войну — это трагедия для Европы.

Все свои скромные силы я сейчас трачу на то, чтобы донести эту мысль до европейских политиков. Убеждаю их в том, что международное давление по прекращению дискриминации русскоязычного меньшинства — единственный путь выхода как из внутриэстонского кризиса, так и из кризиса в отношениях Евросоюза и России. Мне удалось привлечь в свои сторонники политическую группу «зеленых». Поверьте, это было нелегко.

Но нельзя ждать, что все наши проблемы решат за нас в Брюсселе. В первую очередь это касается вопросов образования, на которые компетенция Евросоюза не распространяется.

Противостояние реформе нужно наращивать, тем более, что уже скоро будут известны данные выпускных экзаменов школьников, обучавшихся по новой пропорции 60 на 40.

Мы должны организовать сбор и обработку информации о результатах первых двух лет введения реформы в русской школе. Найти формы работы с родителями с тем, чтобы объяснить все печальные последствия направления детей в латышские садики и начальные школы. Этой работой уже активно занимается Совет ЗаПЧЕЛ по образованию и культуре, возглавляемый докторами педагогики, депутатами Сейма Яковом Плинером и Валерием Бухваловым. С этой целью создан и фонд Татьяны Жданок «Русской школе». Готовится цикл радиопередач для родителей, выход которых в эфир будет осуществляться на средства фонда.

Способны ли мы выполнить эту миссию — в новых условиях преодолеть все препятствия и продолжить битву с насильственной ассимиляцией, за выживание и развитие русской общины?

При этом не надо ставить вопрос, способна ли на это какая-либо другая партия. Может быть, и способна, но не хочет и не будет. Гораздо легче, при наличии монополии на электронные СМИ, воспользоваться плодами чужих трудов.

С развитием электроники наступил век популизма в политике. Этот недуг затронул и страны с многовековой демократической традицией, имеющие опытного искушенного избирателя и, следовательно, гораздо больший иммунитет к демагогии. В том же европейском парламенте депутаты четко делятся на трудовых лошадок и на гарцующих допинговых крикунов.

Мы допустили грубую ошибку, понадеявшись, что массовый избиратель оценит наш труд без особых наших на то усилий. Более того, мы взвалили на себя непосильный груз только исходя из того соображения, что больше его тащить некому. Я имею в виду наше решение предложить себя избирателю на парламентских выборах 2006 года как партию левой альтернативы.

На деле мы действительно выполняем большой набор функций, характерных для социал-демократов и для «зеленых». Это и последовательная работа по проведению принципа социальной справедливости в государственные законы и в постановления местных самоуправлений, и организация движения жильцов хозяйских домов, и бесплатная юридическая помощь по социальным и трудовым вопросам, и поддержка инициатив в защиту окружающей среды. И наши социальные инициативы имеют особое значение для такого региона, как Латгалия, где ЗаПЧЕЛ — не просто русская партия, но и ведущая левая оппозиционная сила.

Однако, не имея в фонде избирательной кампании достаточно средств для массированной агитационной работы через электронные СМИ, нам нужно было сосредоточиться на одной теме, специфической для русскоязычного избирателя. При этом я категорически отвергаю обвинения в том, что мы «русский вопрос» в ходе избирательной кампании отодвинули в сторону. Этот вопрос всегда был для нас приоритетным. Но мы ошибочно посчитали, что избирателю это хорошо известно.

Мы обязаны не повторять в будущем допущенные ошибки. Мы обязаны больше внимания уделять тому, чтобы о наших делах люди знали. Но именно о делах. Чрезвычайно опасно было бы скатиться в саморекламу, отказавшись от конкретной работы. Опасно не для политиков, а для русскоязычного сообщества в целом.

Судьба дает в руки ЗаПЧЕЛ инструмент, умело воспользовавшись которым, мы сможем намного эффективнее работать. В этом году, после вступления в силу нового закона о партиях, мы наконец-то можем свести вместе de facto и de jure, то есть вместо трех юридических лиц — двух партий и их политического объединения (а мы все являемся членами одной, другой и третьего) — зарегистрировать одно юридическое лицо с одним уставом, партию ЗаПЧЕЛ. Будет справедливым отметить, что включения в новый закон нормы, позволяющей преобразовать объединение партий в единую партию с тем же названием, добился, проявив недюжинный дипломатический талант, депутат Сейма Юрий Соколовский.

Мы долго работали над уставом объединенной партии, обсуждали оптимальную структуру ее руководства. И принятое решение об отказе от одного председателя очень важно. Это позволит нам и сохранить преемственность, и обновиться. Будет восстановлена привычная схема трех руководителей ЗаПЧЕЛ. Только теперь это будут уже не лебедь, рак и щука, а, уверена, гармоничная тройка лошадок, везущих экипаж в единственно верном направлении.

Я вижу нашу партию как команду людей, которые во главу угла ставят содержательный и настойчивый труд на благо общества. Труд этот тяжелый и часто неблагодарный. Но сказано в Библии: «Делая добро, да не унываем. Ибо потом пожнем, если не ослабеем». Я хочу подчеркнуть последние слова: если не ослабеем. А истерики, самобичевание, желание сдаться на милость латвийскому олигарху или влиятельному российскому чиновнику — это слабость.

Мы не имеем права на слабость. Мы должны быть сильными. И высоко нести знамя сопротивления цинизму и своекорыстию, знамя борьбы за права и достоинство человека.

Заканчивая свое выступление, я хочу поблагодарить всех членов партии, всех сторонников ЗаПЧЕЛ, а также тех, кто нам незаметно помогает и кто молится за успех общего дела.

Спасибо всем. И вместе мы победим.

Комментарии


Символов осталось: