По прогнозам ООН к 2010 году 1,5 миллиарда землян из семи будет жить по принципу: «где работа, там и родина». Но население России катастрофически стареет. К 2015 году число пенсионеров сравняется с числом работающих. Чтобы выбраться из демографического кризиса, страна должна принимать в год минимум миллион мигрантов. Разумеется, чем больше среди них будет тех, кого принято называть «соотечественниками», тем лучше.
Большие надежды возлагаются на Программу по добровольному переселению в Россию зарубежных соотечественников. Второй ее этап, то есть непосредственное переселение, начался с июня 2007 года. Пока из всех концов ближнего и дальнего зарубежья по этой программе в Россию переселился 871 человек. В прошлом году приехало всего 400, вместо запланированных 50 тысяч. Первый опыт говорит, что отказывают примерно трети претендентов. Но по пяти тысячам заявлений уже принято положительное решение. Пресса пишет, что Программа провалилась, а в Федеральной миграционной службе ожидают в этом году настоящего бума переселенцев…
Северный полустанок. Год спустя…
«Поселок Северный, полчаса езды от центра Калининграда. Бывший гарнизон российских ВВС. Среди явно требующих ремонта зданий выделяются три новеньких оранжевых фасада. Это ГУКО, центр временного размещения переселенцев. Пока в здании живет всего несколько человек….» Так я писал прошлым летом. Сегодня в Северном людно: из 240 мест занято 160. Всего в область уже переехало 450 «соотечественников». Однако, большинство из них, это русские с Кавказа и из Средней Азии.
Оперный певец из Армении Аркадий Мартиросян, с которым я тогда встречался, уже получил место в областной филармонии. Там его семье выделили ведомственное жилье. Не задержалась здесь и Дина Долматова, одна из первых немногих переселенцев из Латвии. Вместе с сыном-восьмиклассником они уехали в Гусев, городок на востоке области. Там Долматова купила однокомнатную квартиру. Сейчас она работает продавцом в магазине и одновременно учится, чтобы вернуться в профессию, на курсах повышения квалификации: она дипломированный экономист с большим стажем работы в страховом и туристическом бизнесе.
Как признает заместитель министра регионального развития области Александр Мезенцев, уже стало ясно, что в правовое обеспечение Программы надо вносить коррективы. Как, например, сопоставлять уровень школьного образования в России и в других странах? Еще более серьезная проблема, это признание вузовских дипломов. Если с Киргизией, Казахстаном, Таджикистаном и Белоруссией есть соответствующие соглашения, то с той же Латвией их нет. Медработники должны подтверждать свою квалификацию в Москве, или Смоленске. Педагоги в Москве. И это платная процедура… Непонятно, должен ли парень служить в российской армии, если уже отслужил в одной из стран СНГ. А если служил в латвийских ВС? Как рассчитывать пенсии, если срок выхода на заслуженный отдых в разных странах отличается? И, наконец, даже сам г-н Мезенцев понимает, что 60 тысяч рублей «подъемных» — это сегодня уже мало. Инфляция. Правительство области внесло предложение, чтобы «подъемные» индексировались так же, как и материнский капитал.
Но, пожалуй, одна из самых сложных проблем, это создание предпосылок для возвращения в Россию интеллектуалов. Условия программы на приезд в страну «гениев» явно не рассчитаны. Как и на бизнесменов, готовых развивать свое дело на исторической родине. Сейчас российские власти ищут варианты, как привлечь вот таких, наиболее ценных соотечественников. Один и вариантов, это создание научно-производственных объединений. Первое из них, космическое, планируется построить в Амурской области, на базе бывшего космодрома Свободный.
«Соотечественники» или сородичи?..
Впрочем, есть и другие, более ключевые недостатки. Вот что пишет в журнале «Русский мир» директор Института Русского зарубежья Сергей Пантелеев: «Первый миф, который создали СМИ вокруг Программы – то, что она является программой репатриации. Сами госорганы никогда в подобном качестве ее не позиционировали. Классические программы репатриации, которые можно наблюдать в Германии, Израиле, в том же Казахстане, базируются на четкой религиозно-этнической идентификации переселенцев. Важнейшую роль в них играет идеологический фактор «объединения нации». Наша программа носит преимущественно технократический характер: объединение потенциала зарубежных соотечественников с потребностями российских регионов.»
Сергею Пантелееву вторит Наталья Харитонова, эксперт ИАЦ МГУ: «Информирование о Программе сводится к пропаганде материальной составляющей. Однако потенциальные переселенцы, воспитанные в РУССКОЙ (выделено мной — А.Ш.) традиции, оценивают и моральную сторону этой политики. Поэтому заявления о том, что Россия нуждается в «трудовом ресурсе», звучат для них малопривлекательно. Ситуация усугубляется, когда на официальном уровне подчеркивают, что Россию интересуют только трудоспособные «соотечественники» репродуктивного возраста. Позитивным примером здесь, кстати, выступает Новосибирская область, готовая принимать переселенцами студентов и обучать их. Кроме того, россиянам не очень ясно понятие «соотечественник». Здесь нет прямой апелляции к сознанию тех, кто должен принимать «сородичей» на своей земле. Ведь именно ЭТНИЧЕСКОЕ до сих пор остается самым важным фактором, формирующим в сознании модель социального поведения. Оперирование понятием «соотечественник» фактически свидетельствует, что у программы нет идеологической основы. И вполне реальной может стать ситуация, когда местное население, особенно на селе, будет проецировать свои застарелые проблемы на приезжих». На самом деле эта проблема объясняется на мой взгляд просто. Потеряв ощущение своей идентичности после развала СССР, Россия еще находится в самом начале поисков новой. До сих пор все «идеологическое», чем гордятся россияне и «русскоязычные» из ближнего зарубежья, почему-то оказывается из советского прошлого. Трагизм ситуации, в которой оказался Русский мир, заключается в том, что стоит лишь начать говорить не о славном прошлом, а о сегодняшнем и завтрашнем дне, кроме как «хорошо заработал и плотно поел» вроде как и сказать-то нечего…
А вот что пишет журналист и правозащитник Лидия Графова: «Массовая миграция к нам началась 18 лет назад, еще до развала Союза. И ведь такой качественной, прямо таки подарочной миграции ни одно государство за всю историю не получало! К нам едут энергичные, близкие по языку и менталитету, подвигаемые великой любовью к России наши же бывшие сограждане. А мы… Вроде бы Россия сегодня реализует новую, привлекательную для соотечественников миграционную политику, а я все хожу в ФМС с пачками отчаянных писем от давно живущих в России мигрантов, которые ничего не просят у государства, кроме легализации. Их сотни тысяч, «нелегалов поневоле», бежавших в 90-е в страну, которую они считали своей Родиной. Сколько – никто не считал. Сегодня в Европе уже началась необъявленная война за мигрантов. А вот наша страна могла бы с легкостью избежать всех этих проблем с демографией. Нет иного пути быстро прекратить эту бесконечную трагедию сотен тысяч так необходимых России соотечественников, кроме одного: немедленно проводить иммиграционную амнистию.
С чего начинается родина…
Второй по популярности среди переселенцев, как ни странно, можно считать сельскую местность Тамбовской области. Сюда в полном составе решила перебраться община духоборов, которая 160 лет жила высоко в горах, на границе Грузии с Арменией. Духоборы вели там натуральное хозяйство, их молочные продукты пользовались большой популярностью у местного населения. Руководство области строит для духоборов целый поселок. А чтобы местные не завидовали, им наконец-то провели газ, отремонтировали дороги. В поселке Новый уже возведено 30 домов. Кому первым заселяться, община традиционно решала жребием. Остальные пока живут в «общаге». Впрочем, жилье скорее всего придется выкупать по рыночной стоимости… Уже заявили о готовности переехать в Россию и компактно проживающие в Грузии ассирийцы. А вот в Азербайджане 3000 молокан из села Ивановка в Россию пока не собираются. Когда-то они составляли костяк местного колхоза-миллионера. Позже, когда колхозы «упразднили», они создали на его базе агропромышленное предприятие, которое и сегодня ведет дела довольно успешно.
Третьим в рейтинге российских регионов идет Липецкая область: сюда уже приехали 113 участников Программы. А первой в рейтинге стран, из которых русские стремятся уехать, идет Казахстан. История Казахстана в ХХ веке была историей РУССКОГО Казахстана. Сегодня большая часть страны становится неприемлемой зоной обитания для лиц славянского и европейского происхождения. Причина — то, что еще Элвин Тоффлер назвал «культурным шоком», когда представитель одной цивилизации оказывается среди норм и понятий другой. Где простые и естественные модели поведения могут вызывать прямо противоположную реакцию. Мы, русские латвийцы, тоже это испытали, хоть и в ослабленной форме. Зато он часто проявляется в нас, когда мы встречаемся с РЕАЛЬНОЙ Россией, которая для многих из нас всегда была страной-легендой. Этот «культурный шок», пожалуй, еще одна проблема, которая стоит перед Программой… Так чего все же больше в ней: «бизнес-проекта», или просто возвращение русских домой? Сегодня на этот вопрос нет однозначного ответа. Но если бы это было ТОЛЬКО бизнес проектом,- наверное, проще было бы понавезти гастарбайтеров из Латинской Америки. А вот чем на самом деле станет и Программа, да и сама Россия — это зависит уже от нас.
P.S. Тем, кого все же заинтересовала Программа по добровольному возвращению в Россию соотечественников, сообщаем адрес и телефон аппарата Представителя ФМС в Латвии: Кр. Валдемара 33-27, тел. 7333525, 7331965. E-mail: fms-rus@internet.lv
