Читатели Ракурса просят рассказать, чем отличаются так называемые мажоритарная и пропорциональная системы выборов в органы управления страной. Рассказывает депутат Сейма от ЗаПЧЕЛ Владимир Бузаев.
Когда перед выборами формируются два списка, претендующие на одну и ту же группу избирателей, то в их программах можно ожидать определенное сходство. Тем интереснее случаи, когда отдельные положения программ «братских» партий не только различаются, но даже прямо противоположны.
«Центр согласия» (ЦС) провел уже две массированные пропагандистские кампании, доказывающие, что латвийскую демократию может-де спасти только переход к мажоритарной избирательной системе. ЗаПЧЕЛ же ответила, что поддерживает существующий пропорциональный порядок выборов. В чем же причина и«новаторства» одних, и «ретроградства» других?
Особенности избирательных систем
Мажоритарная избирательная система предполагает разбивку страны на округа. В каждом из них выдвигаются несколько кандидатов, и в парламент (или самоуправление) попадает тот из них, кто наберет наибольшее число голосов. Мнение избирателей, оказавшихся в округе в меньшинстве, в парламенте оказывается не представленным. Именно так в 1990 году избирался Верховный Совет, провозгласивший независимость Латвийской Республики и впоследствии лишивший политических прав 1/3 своих избирателей.
Пропорциональная избирательная система формально предполагает конкуренцию не личностей, а партийных списков. При этом списки подаются или в одном округе (при выборах в то или иное самоуправление) или сразу в 5 округах (как это происходит на выборах в Сейм). Количество избранных по списку депутатов пропорционально доле голосов избирателей, поданных за этот список.
Аргументация сторон
«Центр согласия» полагает, что мажоритарная избирательная система способствует отбору ярких личностей, уменьшает зависимость депутата от партийных спонсоров, заставляет его прислушиваться к нуждам избирателей, минимизирует переходы из фракции во фракцию, позволяет, в конце концов, разработать механизм отзыва не оправдавшего доверия депутата.
Все эти простые и понятные избирателю аргументы не выдерживают, однако, даже поверхностной критики.
Современные политтехнологии позволяют «сделать конфетку» из самой неподходящей субстанции. Это касается как партийного списка, так и отдельного кандидата. И вряд ли избирателей по всей стране (при пропорциональной системе) легче одурачить, чем избирателей отдельно взятого округа. Разве что денег в последнем случае требуется меньше. Но все равно гораздо больше, чем может найти кандидат, не пользующийся финансовой поддержкой со стороны.
В странах с мажоритарной системой выборов кандидатов в округа, как правило, выдвигают и поддерживают те же политические партии. В парламенте такой кандидат, естественно, вступает в соответствующую фракцию. От пробившегося в Сейм гениального одиночки, не пользующегося аппаратом фракции и партии, не руководствующегося разработанной коллективными усилиями программой действий, все равно толку ноль.
Партия с устоявшимся среди избирателей авторитетом априори имеет не измеряемый наличными деньгами стартовый капитал. Она, разумеется, нуждается в определенных средствах для того, чтобы хотя бы известить избирателя о существовании своего списка, но именно ее ранее востребованная избирателями идеология (если таковая есть) и вызывающая уважение прежняя деятельность позволяют ей сохранить определенную финансовую независимость.
Ну и об отзыве депутатов. Как определить, действительно ли депутат не исполняет обязанности перед избирателями, или он просто неугоден правящему большинству? Если принимать всерьез все, что пишет про меня на протяжении четырех лет с периодичностью дважды в месяц крупнейшая газета Latvijas aviize, то мне не только самоотозваться надо, но и застрелиться. Будьте уверены, при введении системы отзыва депутатов вся оппозиция станет белой и пушистой. А также уступчивой. Как ЦС сегодня!
Подоплека
Только пропорциональная система обеспечивает политическое представительство в Сейме людей, являющихся в стране заведомым и нелюбимым меньшинством. Я сейчас имею в виду русскую общину Латвии, почти половина представителей которой к тому же еще и неграждане.
Рассмотрим выборы 2005 года в Риге, где русскоговорящих жителей около 2/3, а русскоговорящих избирателей — 1/3. За все представленные (ЗаПЧЕЛ, «Дзимтене», «Новый центр») и не представленные (ПНС) в нынешнем составе Рижской думы «русские» партии более половины голосов отдано лишь на 24 избирательных участках из 158. При мажоритарной системе это соответствует примерно 9 мандатам вместо нынешних 22 (9+8+5). Интересно, что из этих гипотетических девяти мандатов шесть получил бы ЗаПЧЕЛ, три — «Дзимтене», а «новоцентристы» — ни одного.
ЦС, выступая за мажоритарную систему, опирается на опросы общественного мнения, свидетельствующие о тотальном недоверии избирателя к политическим партиям. Русский избиратель, насмотревшийся на выкрутасы ПНС и соцпартии при выходе из ЗаПЧЕЛ, тоже верит в простую и наглядную мажоритарную систему, не понимая, чем ее введение для него обернется. Но господа-то из ЦС, которые поумнее, они это отлично знают. Просто они не планируют свои действия дальше текущих выборов.
ЗаПЧЕЛ же, как партия русской общины, намеренная существовать неограниченно долго, обязана позаботиться и о будущем, беря на себя бремя разъяснения непопулярных в обществе концепций.
