В политической риторике Центр согласия (ЦС) не отстает от всех прочих. На открытой конференции объединения в Доме конгрессов в прошлую пятницу не было недостатка ни в остроумии, ни в точных характеристиках. Но при этом не было идей, порожденных реальным положением вещей.
Мне, однако, более важной, нежели искусство риторики, представляется способность ЦС с пользой для себя разрешить ситуацию, которую на конференции охарактеризовал представитель Лиепайской русской общины. На выборах 9 Сейма русская община намерена поддержать только ЦС и ЗаПЧЕЛ. Сторонников ЗаПЧЕЛ вдвое больше, но 42 процента электората – ни за тех, ни за других. Думается, что большая часть из 42 процентов придерживается этой позиции потому, что по-прежнему не может простить раскола в старом ЗаПЧЕЛ и считает партийные мотивы случившегося тогда мелкими в сравнении с теми проблемами, которые действительно нужно решать. Теперь обеим, и ЦС, и ЗаПЧЕЛ, предстоит делить между собой голоса местных русскоязычных граждан, и словесная перепалка партий на русских порталах не свидетельствует ни о хорошем стиле, ни о глубоком анализе. На мой взгляд, перед думающим избирателем сейчас выступают две маргинальные политические силы, которые даже вместе взятые не покрывают поля ожиданий и восприятия избирателей. Причины этому, на мой взгляд, субъективные.
То есть я хочу сказать, что 42 процента избирателей только до поры до времени не определились с выбором (а ситуацию в Лиепае можно условно считать прототипом ситуации в общине), но в конечном счете они проголосуют «за». «За» ЗаПЧЕЛ – по причине радикализации. И еще потому, что ЗаПЧЕЛ, в отличие от ЦС, – партия не диалога, а протеста. Многих – и латышей, и русских – это взвинчивает. Национальные спекуляции партий не принесли никакой пользы ни народному хозяйству, ни делу национальной стабильности. Но партии отказываться от них не желают. И общество, по-видимому, к ним уже привыкло. Однако если ограничиваться только подобными спекуляциями, что и происходит, то на каждых выборах одни партии будут неизбежно делить между собой латышей, другие – русских. Делить, а не, представляя весь спектр нормальных партий, объединять их различными идеями, социальным представительством и т.п. Межпартийная грызня, дележка и раскол в рядах избирателей во имя и ради прихода к власти даже в созданных после выборов коалициях оказываются важнее идей всеобщего блага и предвыборных обещаний.
Не переломит на сей раз ситуации и ЦС. Почему? Одну из причин назвал тот же лиепайчанин – объединение не смогло убедительно продвинуть и поддержать свой бренд. На площадке и латышских, и русских партий бренд с радикальными установками более убедителен, нежели бренд центризма. Достойного противовеса этой поляризации ни ЦС, ни, предположим, политики ЛПП так и не нашли, хотя заявляли это своей целью.
Может, радоваться тому, что ЦС и ЗаПЧЕЛ между собой будут воевать за голоса избирателей, почти не затрагивая латышский электорат? Не вижу особых причин для радости. Во имя здоровья тех же латышских партий я бы хотел, чтобы однажды они по-настоящему озаботились тем, о чем некоторое время назад предупреждала Илзе Островска, — политической консолидацией русской общины. Пока латышские партии, пребывая в своей партийной ограниченности, могут по-прежнему валять дурака еще и потому, что две самые влиятельные русские партии воют между собой за избирателя. И ни у одной из партий нет выхода на то, что в Сатверсме обозначено как «народ Латвии». Видят два политических народа, делают ставки на двух, и ни у кого нет идеи, которая стала бы одинаково дорога и понятна и латышам, и в русским.
Соглашусь и еще с одной мыслью, высказанной на конференции ЦС: чтобы жить нам становилось лучше, необходима смена политической элиты. Однако смена политической элиты означает смену, а не внутреннюю ротацию между нынешними правыми и нынешними левыми. Возня предыдущего состава Рижской думы исключительно в собственном «садике» и сам характер диалога с правительственными партиями показал, что только ротация ничего нового в политику не привнесет.
ВРЕЗКА
ЗаПЧЕЛ, в отличие от ЦС, – партия не диалога, а протеста. Многих – и латышей, и русских – это взвинчивает. Национальные спекуляции партий не принесли никакой пользы ни народному хозяйству, ни делу национальной стабильности. Но партии отказываться от них не желают. И общество, по-видимому, к ним уже привыкло. Однако если ограничиваться только подобными спекуляциями, что и происходит, то на каждых выборах одни партии будут неизбежно делить между собой латышей, другие – русских.
