О том, что квартира, в которой она живет, продана домовладельцем «третьему лицу», Алла Воронцова узнала случайно, от рабочих, пришедших менять трубы. Домохозяин выразил удивление, что жиличка могла о нем «подумать такое». Однако спустя какое-то время пришло и официальное подтверждение «провокационных слухов»: выписка из Земельной книги.
Выписку, кстати, Алла Воронцова не запрашивала. Понимать это, видимо, стоило так: уклоняясь от необходимости сказать квартиросъемщице горькую правду в лицо, ее просто ставили перед фактом — от ее и так скудных прав «денационализированного контингента» теперь не осталось вообще ничего. Так ли это и чем подобная сиутация может грозить? Не станет ли такая практика новым, более выгодным и беспроигрышным, чем уже известые, способом освободить денационализированный дом от «старых» жильцов?
«В пруду с «акулами капитализма»
За годы «прогрессирущей денационализации» дом по адресу Гану, 4 сменил пятерых домовладельцев. Сначала была г-жа Шефере. Она успокоила жильцов: «Не волнуйтесь, живите, как жили, ничего не изменится, просто теперь мы будем за вас беспокоиться и за вас все делать…» Меньше чем через год она успешно продала дом некоему г-ну Фрейбергу. Тот действительно попытался вести свой бизнес честно. Начал расселять жильцов, покупая им равноценные квартиры. Даже давал бригаду и транспорт для переезда. Однако в конце концов запутался в долгах и скрылся. Из-за долгов домовладельца жильцам пришлось зимовать без отопления. Обогревались газом. От закипающего чайника стены покрывались каплями конденсата, превращающегося в хлопья инея… Жильцы подали в суд иск с просьбой об отчуждении дома в свою пользу. Суд занял сторону, как говорится, крупного капитала. Потом дом сменил еще пару хозяев. Одно время среди жильцов даже ходила легенда, что на самом деле истинная наследница — это нынешняя управляющая, которой г-н Фрейберг оставил генеральную доверенность. И будто бы когда-то в бараке далекого сибирского лагеря некто, умирая, передал все права на наследство то ли ей самой, то ли ее предкам.
Наконец появилось SIA Juusu nami. Исполнительный директор Агнис Микельсонс, разумеется, тоже заверил жильцов, что никого выселять не собирается. Уже наученная горьким опытом, Алла Воронцова сама пошла к г-ну Микельсонсу с просьбой о переселении. Г-н Микельсонс поставил условие: компенсация 100 латов за метр в течение полугода; если Воронцова будет привередничать, тогда 50 латов, а к концу года уже 20. Или аренда меньшей квартиры в другом его же доме. А вскоре Алла Воронцова узнала, что уже два года, как ее «продали»… В выписке из Земельной книги значилось, что Андра Вейланде, соседка, купившая недавно квартиру за стенкой, приобрела у SIA Juusu nami за 19 278,32 лата при кадастровой стоимости в 6 927 латов и квартиру Воронцовой.
Разумеется, предупреждения о повышении квартплаты Алле Воронцовой г-н Микельсонс присылал и прежде. В 2004-м, когда ожидалась отмена «потолков», плата должна была составить 175,68 лата в месяц за двухкомнатную квартиру площадью 56,49 кв м. Но теперь за женщину взялись с двух сторон. Г-жа Вейланде прислала письмо «О повышении арендной платы». В 2005 году она должна была составить 60 сантимов за метр в месяц, в 2006-м 72 сантима, в 2007-м 84 сантима. Далее было сказано: размер арендной платы будет пересмотрен и повышен после 31 декабря 2007 года, а также в любой момент до того, если, выражаясь попросту, отменят пресловутые «потолки». Как известно, этот момент уже наступил: 8 марта Конституционый суд отменил «потолки» окончательно, решение его вступает в силу 1 января следующего года.
Все это напомнило Алле Воронцовой карикатуры ее юности из «Крокодила», где «акулы капитализма» рвут друг у друга куски еще живой и трепещущей «прибыли». Она обратилась с претензиями к г-ну Микельсонсу. В конце концов тот договорился с г-жой Вейланде: вся квартплата по-прежнему полагалась SIA Juusu nami, но, как следовало из очередного послания г-жи Вейланде, в оговоренных в ее прежнем письме объемах. Теперь Алла Воронцова жила в постоянном страхе. Помимо опасений накопить долги и быть выселенной «без предоставления» добавились новые: а не приведет ли в один прекрасный день г-жа Вейланде к ней квартирантов, решив, что одинокой пенсионерке «и одной комнаты достаточно», а не заложит ли эту квартиру банку, оставив, не справившись с выплатами, г-жу Воронцову на улице. И еще десятки «а вдруг»…
«Неоднозначная ситуация»
Денис Горба, депутат Рижской думы от ЗаПЧЕЛ:
— Ситуация эта сама по себе уже не уникальна. Ко мне на прием приходили люди, которые узнавали, что квартира, в которой они живут, продана, только после того как домовладелец сообщал им, что теперь он будет принимать только коммунальные платежи, а платить арендную плату и договариваться насчет «права жить» в этой квартире отныне надо с ее новым собственником. Это при том, что согласно статье 8 «Закона о найме» для нового собственника жилья, будь то физическое или юридическое лицо, обязательны к исполнению договоры, заключенные прежним владельцем. А единственным легитимным основанием для проживания в квартире является действующий договор найма. Но при этом надо быть готовым, что новый собственник предложит перезаключить договор, уже с собой любимым. В этих случаях надо придерживаться обычной практики — не подписывать ничего, не разобравшись. Или можно делать вид, что ничего страшного не произошло, и жить по бессрочному советскому договору. Если домовладелец еще не успел уговорить вас подписать другой договор, который не предусмaтривает автоматическое продление обязательств прежних домохозяев.
Да, по «Гражданскому закону» домовладелец не может выселить людей без оснований, но может продать, подарить или завещать свой дом или любую его часть кому угодно. Для своих нужд он имеет право освободить в доме одну квартиру, остальные он должен содержать, как нанимаемые помещения. Однако приобретая всего одну квартиру с жильцами, он имеет все основания доказать в суде, что она нужна ему для личного проживания, а живущие там люди этому мешают. Такие прецеденты в моей практике уже были. Эта ситуация достаточно двусмысленная, ее можно повернуть и так, и этак. Поэтому если человеку самому сложно в ней разобраться, могу посоветовать приходить к нам на прием, в Латвийский комитет по правам человека, по адресу Дзирнаву, 102а, имея на руках все возможные документы. Будем разбираться в каждой конкретной ситуации.
«Тухлым яйцом в вас за ваше «светлое будущее»
Наталья Елкина, председатель фракции ЗаПЧЕЛ Рижской думы, сопредседатель Латвийской Ассоциации нанимателей жилья в денационализированных и муниципальных домах и владельцев квартир:
— Эта ситуация — лишь очередное подверждение того, что жильцы денационализированных домов стали заложниками правового беспредела. Дома и квартиры продаются без какого-либо согласия проживающих в них людей, зачастую о своих новых хозяевах они узнают, только получив уведомления о повышении квартплаты или требование освободить квартиру в связи со сменой владельца. Люди живут в непрерывном стрессе. В денационализированных домах проживает очень много людей пенсионного возраста, малообеспеченных семей, для которых судиться с домовладельцем или приобрести себе другое жилье просто нереально. С 1 января 2007 года положение этих людей катастрофически ухудшится. Поэтому сейчас наша ассоциация разрабатывает методику взаимодействия жильцов денацдомов с домовладельцами и предложения по изменению законодательства. Будут ли они приняты правящим большинством, зависит от активности людей.
Депутат Сейма от ЗаПЧЕЛ Юрий Соколовский:
— Проблема в том, что теперь только суд вправе решать, какой размер квартплаты является «адекаватным». Как известно, квартплата состоит из двух частей: расходы на содержание дома и прибыль, которая ограничена только аппетитами домовладельца. Уже не раз поднимался вопрос, что надо разработать какие-то критерии, чтобы их ограничить. Какие, пока непонятно. Мы вынуждены ждать, когда первые судебные иски дойдут до Сената Верховного суда.
Если говорить об этой конкретной ситуации, не имеет значения, что поменялся собственник квартиры. Проживающий в ней человек по-прежнему остается жильцом денационализированного дома. Со всеми типичными правами, возможностями, обязанностями и проблемами. И даже если предположить, что новая владелица заложит квартиру банку, для банка будут обязательны все прежние договора квартиросьемщика. Хотя банк заинтерeсован в том, чтобы, отсудив имущество за долги, продать его быстро и подороже. Поэтому, оценивая риски, банк вряд ли пойдет на такую сделку. С тем же успехом можно взять кредит и под целый дом. Иначе говоря, ситуации как с жильцами «под домохозяином», так и с этой женщиной совершенно одинаковы. Если не считать усилившегося психологического давления. По закону сегодня ни собственник огромного дома, ни отдельной квартиры не обязан предоставлять живущему там человеку компенсацию или другое жилье. Такая возможность сейчас существует только через государственные механизмы. Но даже на эти полумеры правящие партии пошли не потому, что кто-то вдруг «прозрел», а потому, что на них было оказано давление как с нашей стороны, так и со стороны жильцов. Индивидуального решения эта проблема, к сожалению, не имеет. Деньги, выделяемые на строительство муниципального жилья, размер компенсаций — все это зависит от того, КТО принимает политические решения. Поэтому людям надо просто начать думать и, образно говоря, отправляясь на выборы, запустить тухлым яйцом в образ приятного господина, уже пятнадцать лет обещающего им «светлое будущее».
