Оба кандидата в президенты от Демократической партии согласны с тем, что Соединенные Штаты должны закончить боевые операции в Ираке в течение 12-16 месяцев после инаугурации. Кандидат от республиканцев высказался за продолжение войны до ‘победного конца’, хотя бы на это потребовалось еще сто лет. Таким образом, центральным вопросом этой кампании является фундаментальный спор о достоинствах этой войны и тех выгодах и затратах, которые повлечет за собой ее продолжение.
Требование вывода вооруженных сил США является само по себе очевидным. Но оно должно соотноситься со всеобъемлющими политическими и дипломатическими усилиями по сглаживанию дестабилизирующих региональных последствий войны, которую администрация Буша, доживающая свои последние месяцы, начала преднамеренно, оправдывала демагогией и вела из рук вон плохо.
Контраст между аргументами демократов за прекращение войны и аргументами республиканцев за ее продолжение резок и драматичен. Выступающие за окончание войны указывают на ее непомерно высокие и ощутимые издержки, а сторонники «сохранения курса» опираются на призрачные страхи перед неизвестностью и наихудшие сценарии. Предсказания президента Буша и сенатора Джона Маккейна о росте нестабильности в регионе очень напоминают рассуждения об «эффекте домино», страхом перед которым когда-то оправдывалось продолжение вьетнамской войны. Ни тот, ни другой не представили реальных доказательств того, что прекращение войны обернется катастрофой, но их запугивания облегчают ее продолжение.
Тем не менее, если бы американский народ спросили более пяти лет назад, стоит ли одержимость Буша идеей устранения Саддама Хусейна четырех тысяч американских жизней, почти тридцати тысяч раненых американцев и нескольких триллионов долларов — не говоря уже о менее точно измеряемом ущербе международному авторитету, легитимности и моральной позиции США — то с почти абсолютной уверенностью можно сказать, что ответом было бы однозначное «нет».
Но на этом издержки фиаско не заканчиваются. Война разожгла антиамериканские страсти на Ближнем Востоке и в Южной Азии, фрагментировав иракское общество и усилила влияние Ирана. Недавний визит в Багдад иранского президента Махмуда Ахмадинежада убедительно показывает, что даже проамериканские власти Ирака становится восприимчивы к иранским уговорам.
Короче говоря, война стала для Соединенных Штатов национальной трагедией, экономической катастрофой, региональным бедствием и глобальным бумерангом. Поэтому ее прекращение жизненно важно для национальных интересов.
Вопреки утверждениям республиканцев о том, что наш уход будет означать катастрофу, разумно проведенный вывод войск на самом деле сделает Ирак более стабильным в долгосрочном плане. Тупик в отношениях между суннитами и шиитами — это в значительной мере нездоровый побочный продукт разрушительной американской оккупации, которая усугубляет зависимость Ирака, раскалывая при этом его общество. В этом контексте, так напоминающем британскую колониальную эпоху, чем дольше мы остаемся в Ираке, тем меньше у различных соперничающих групп будет стимулов идти на компромисс и тем больше причин сидеть сложа руки.
Также важно признать, что большая часть антиамериканского партизанского движения не вдохновлена «Аль-Каидой». Местные группы исламских боевиков усилились лишь благодаря тому, что сумели идентифицировать себя с борьбой против ненавистного иноземного оккупанта.
Общей целью всеобъемлющей стратегии США по исправлению ошибок последних лет должно быть не разжигание, а ослабление напряженности на Ближнем Востоке. «Однополярный момент» после распада Советского Союза, о котором трубили фанатики из администрации Буша, был растрачен впустую и привел лишь к политике, основанной на одностороннем применении силы, военных угрозах и оккупации, замаскированной под демократизацию. Все это без надобности разожгло напряженность, стимулировало антиколониальные чувства и религиозный фанатизм.
Мы опрометчиво начали эту войну, но должны ответственно подойти к выходу из нее. .
«The Washington Post» (в сокращении)
