(1903 – 1935)
В отличие от многих литераторов, Борис Поплавский не был «родом из детства». Поэтому так скудны упоминания об этой поре в его стихах и прозе. А если таковые и имеются, то носят явно негативный характер: «Жили богато, но детей притесняли и мучили, хотя ездили каждый год за границу… Дом был вроде тюрьмы, и эмиграция была для меня счастьем». Но и в эмиграции (после разгрома Врангеля в 1920 году) Борис был вынужден жить с родителями. С отцом, который «совсем не знaл его стихов, никогда ни одной строчки не прочел», поэта связывали теплые чувства. С матерью же, женщиной властолюбивой и жесткой, отношения не складывались.
Борис начал писать стихи в гимназии, подражая старшей сестре Наталии. От нее он перенял и увлечение наркотиками (она умерла в конце 20-х в Шанхае от передозировки опиума). В эмиграции Поплавский жил нищенски, но работать в Париже шофером или слесарем не хотел. Поплавского высоко ценили люди разных взглядов. Владимир Набоков сокрушался, что не оценил его при жизни, и назвал «далекой скрипкой среди близких балалаек». Дмитрий Мережковский на одном собрании после смерти Поплавского сказал, что для оправдания эмигрантской литературы на всяких будущих судах с лихвой достаточно одного Поплавского.
Не напечатав ни одной строчки, Поплавский тем не менее обретает в середине 20-х поэтическую известность среди литераторов и художников «русского Парижа». Но первый и последний прижизненный сборник его стихов «Флаги» вышел в Париже только в 1931 году. Его издание финансировала вдова состоятельного рижского купца Лидия Пумпянская. Для читателей русской эмиграции после выхода «Флагов» Поплавский стал стал молодым поэтом номер один. А в 1932 году он закончил роман (во многом автобиографичный) «Аполлон Безобразов». Проза его, по мнению ряда критиков, даже выше поэзии.
Обстоятельства смерти Поплавского загадочны. О ней складывались легенды. По одной из них, поэт не умер в возрасте 32 лет в Париже от чрезмерной дозы героина, а инсценировал свою смерть. Потом он, якобы, был описан в дневниках Паоло Пазолини под инициалами «А.Б.» (Аполлон Безобразов!). Но есть и другое свидетельство: в октябре 1935 года монпарнасский авантюрист и наркоман Ярко предложил нескольким своим знакомым ощутить «неведомое» им «состояние». Согласился один Поплавский. Утром они были оба мертвы. Как позднее выяснилось, Ярко перед этим сообщил своей любовнице, что хочет уйти из жизни и «увести с собой» еще кого-нибудь.
Представленное в нашей рубрике стихотворение (с авторской пунктуацией) при жизни Поплавского напечатано не было. Необходимая справка: Франциск Ассизский – христианский святой, проповедник «святой бедности», основатель ордена францисканцев.
За чтением Святого Франциска
Моя душа как воробей
Чирикает в саду Иисуса
Чужих лесов не нужно ей
Ей даль и воздух не по вкусу
Нет этот садик городской
С развешенным бельем а возле
Окружный путь с его тоской
Доска столярная на козлах
Здесь ближе Он чем во дворцах
Я жду откроется окошко
И грязный лик всегда в слезах
Украдкой улыбнется кошке
А мать нездешней красоты
Его склонившись поцелует
Тогда душа чирикнешь Ты
И счастлива как птица будешь.
29.I.1932
