(1768 – 1844)
Недавно на одном из российских телеканалов в передаче, где речь шла о преступности, известный адвокат Павел Астахов процитировал Крылова (басня «Крестьянин и Лисица», 1811):
В ком есть и совесть и закон,
Тот не укрАдет, не обманет,
В какой бы нУжде не был он;
А вору дай хоть миллион –
Он воровать не перестанет.
Вывод, сделанный «дедушкой Крыловым» около 200 лет назад, и сегодня не кажется анахронизмом. Впрочем, это касается и большинства других его басен, строки из которых разошлись в пословицах и поговорках. А начало было положено в 1805 году, когда Крылов перевел с французского две басни Лафонтена. Ранее он с переменным успехом писал трагедии, комедии, прозу, издавал журналы и даже был профессиональным игроком в карты (за что был выслан Екатериной II из Москвы). В 1809 году вышла первая книга басен Крылова – и вот тогда к нему пришла настоящая слава. Всего поэт написал около 200 басен, объединенных им в 9 книг…
В Голубом зале Рижского замка, где сейчас находится рабочее место секретаря латвийского президента, висит портрет Ивана Андреевича Крылова (копия работы Карла Брюллова). Образ баснописца органично дополняет галерею портретов лифляндских генерал-губернаторов. Соседство это неслучайно: в 1801-1803 годах Крылов возглавлял канцелярию очередного лифляндского генерал-губернатора Сергея Голицына в Риге. Личным секретарем князя Крылов был еще при Павле I, который подверг Голицына опале. Но 11 марта 1801 года Павла убили, и на престол взошел Александр I, у которого князь Голицын пользовался большим доверием.
Определенное представление о работе будущего знаменитого баснописца и статского советника Ивана Андреевича Крылова в Рижском замке можно составить по одной только фразе из воспоминаний члена рижского магистрата Бульмеринга: «…Князь сам, а чаще его канцелярия, вмешивались в дела магистрата и не скупились на гневные слова»…
Думается, вы согласитесь, что в басне «Щука» (8-я книга) отражена порочная практика судопроизводства всех времен и народов. Впервые она была напечатана в «Литературной газете», издаваемой лицейским другом Пушкина поэтом Антоном Дельвигом.
***
Щука
На Щуку подан в суд донос,
Что от нее житья в пруде не стало,
Улик представлен целый воз,
И виноватую, как надлежало,
На суд в большой лохани принесли.
Судьи невдалеке сбирались;
На ближнем их лугу пасли;
Однако ж имена в архиве их остались:
То были два Осла,
Две Клячи старые, да два иль три Козла;
Для должного ж в порядке дел надзора
Им придана была Лиса за Прокурора.
И слух между народа шел,
Что Щука Лисыньке снабжала рыбный стол;
Со всем тем, не было в судьях лицеприязни,
И то сказать, что Щукиных проказ
Удобства не было закрыть на этот раз.
Так делать нечего: пришлось писать указ,
Чтоб виноватую предать позорной казни
И, в страх другим, повесить на суку.
«Почтенные судьи! – Лиса тут приступила, –
Повесить мало, я б ей казнь определила,
Какой не видано у нас здесь на веку:
Чтоб было впредь плутам и страшно и опасно –
Так утопить ее в реке». – «Прекрасно!» –
Кричат судьи. На том решили все согласно,
И Щуку бросили – в реку!
1830
