Столичная мэрия, четверг 12 марта, 9 часов утра. На это время мы договорились о встрече с Владиславом Рафальским, депутатом Рижской думы от ЗаПЧЕЛ. Дума в этот час еще вроде бы погружена в сонную дрему. Но это только так кажется. На самом деле столица и ее «слуги народа» подспудно или явно готовятся к 16 марта. Каждый по-своему… Как именно? С этого вопроса начался наш разговор.
— Владислав, черный день латвийского календаря приближается. Рижская дума, как известно, запретила любые массовые акции в этот день. Радикальная организация Daugavas vanagi пыталась оспорить это решение в суде, а 10 марта фракция партии «Новое время» предложила симметрично, так сказать, запретить все мероприятия 9 мая. Какова позиция и действия в этой ситуации депутатов ЗаПЧЕЛ?
— Мы выступили с заявлением, в котором говорим о том, что цинично ставить знак равенства между 16 марта и 9 мая. 16 марта – символ войны и мести, 9 мая – символ победы над страшнейшим злом и начала мира. 16 марта 1944 года латышские дивизии SS вместе «боролись за Латвию» под Ленинградом. Мы напоминаем, что на каждом легионере SS в среднем около 10 погубленных мирных человеческих жизней, в том числе детских.
Наши протесты поддержат антифашисты Хельсинки, Лондона, Дании, которые проведут свои пикеты у зданий латвийских представительств в их странах. Остановить прославление SS и ревизию истории, не допустить сходку легионеров в Латвии призвали члены Международной федерации участников Сопротивления – Антифашистской ассоциации, которые выступили с соответствующим обращением в адрес президента Латвии.
А 15 марта в два часа дня Латвийский комитет по правам человека и Латвийский антифашистский комитет при поддержке ЗаПЧЕЛ проведут конференцию «Будущее без нацизма» с широким международным представительством. Мы ждем гостей из Польши, Финляндии, Эстонии, России, Италии, приедут депутаты Европарламента. Конференция пройдет в помещении Международного торгового центра на Элизабетес, 2. Мы приглашаем на эту встречу всех желающих, будет свободный микрофон, у которого любой сможет высказать свое мнение.
— Вопрос к вам как члену комитета по культуре Рижской думы и Совета по памятникам: столичная дума одинаково относится к сохранению памятников разных времен, включая советское?
— Есть памятники, которые занесены в специальные списки, и они подлежат охране и заботе со стороны государства. К сожалению, в этом списке пока представлены не все памятники и места захоронений освободителей Риги от фашистов. Например, нет в списке соответствующих памятных мест Даугмале и Румбулы. ЗаПЧЕЛ и ЛАК вместе с эстонским «Дозором» постарались своими силами навести там порядок. Однако место в Румбуле теперь находится на частной территории, и ее хозяин разрешения на приведение в порядок памятного знака нам не дал. Мы на свой страх и риск сами повырубали лишние кусты, поправили лестницу, но в самый разгар работы объявилась полиция. Опалубка, залитая бетоном, так и осталась незавершенной… Это, получается, тоже своего рода памятник, уже нынешним делам и взглядам.
— Все так плохо, Владислав?
— Как раз нет. Есть по меньшей мере три решения думы, которые нас, безусловно, радуют. Первое – в Риге будет установлен памятник Пушкину, и уже определено место для него. Второе: будет восстановлена колонна Победы 1912 года, которая столько лет пролежала в разобранном состоянии, но, к счастью, все ее части целы. Ее установят либо в скверике у Сейма, либо в саду Виестура. Наконец, третье. В Улброке есть захоронения жертв Второй мировой войны. В советское время там был памятный знак, в новейшие времена его не стало. Были долгие споры вокруг этого места и его дальнейшей судьбы. Мы говорили, что это место, где немцы расстреляли советских военнопленных и местных жителей, нацики – что тут большевики расстреливали латышей. Но в конце концов дума решила выделить деньги на обустройство и на памятный знак в этом месте с надписью на четырех языках – латышском, русском, английском и иврите: «Жертвам Второй мировой войны».
Кстати сказать, вероятно, эти три решения вызвали свирепую реакцию так называемого Национального трибунала латышского народа: меня приговорили к заочной смертной казни. Правда, я оказался в солидной компании «приговоренных к смерти» вместе с экс-президентом Латвии, главным художником и архитектором Риги, мэром столицы и другими известными людьми. Как вы понимаете, всерьез относиться к этому «приговору» не станет ни один здравомыслящий человек, но представьте, каково было прочитать об этом моей 81-летней маме…
— Что с памятниками Петру Первому, Барклаю-де-Толли? На мемориал Воинам-освободителям Риги больше не покушаются?
— Об установке памятнику Петру и слышать не хотят, на нем словно бы сосредоточилась вся ненависть радикалов к России. Но хотя бы удалось добиться, чтобы поместили памятную табличку на дворце Петра, что в Старом городе. Барклая, как вы знаете, однажды установили на постаменте, и он там и поныне, хотя сам памятник на баланс думы не приняли. С 2002 года думские депутаты раздумывают, принять или не принять Барклая в дар, но все же убрать его за здорово живешь вроде бы уже неудобно. Что касается застройки территории у памятника Воину-освободителю, то сам по себе он вне опасности. Однако принято решение в непосредственной близости от мемориала построить беговую дорожку, а в будущем разместить здесь же аттракционы. Но есть надежда, что кризис в данном случае сыграет положительную роль – работа застопорится…
— Если резюмировать: Рижская дума в общем и целом ведет себя адекватно интересам и латышских, и русских жителей столицы?
— Рижская дума старается избегать открытых скандалов.
