Пленарные заседания Сейма обычно заканчиваются радиопередачей «Мнения фракций». В ней семь депутатов Сейма от оппозиции и позиции в течение трех минут в прямом эфире несут избирателям каждый «свою боль». Боль эта выражается исключительно на государственном языке, и «нести» ее от имени ЗаПЧЕЛ в четверг 11 марта выпало автору этих строк.
Я начал с того, что сегодня у Латвии две беды, и это отнюдь не дураки и дороги, а безработные и должники. Далее вы узнаете, что партия ЗаПЧЕЛ пыталась сделать для тех и других. Численность первой из них составляет около 200, а второй — около 400 тысяч человек.
Явление Домбровскиса народу
Пленарное заседание началось с краткого (по сравнению с речами бывших советских лидеров) выступления премьера о том, что сделано за год его пребывания на этой должности. В основном премьер все трудности объяснил плохой работой предшественников, с последствиями которой теперь «светлым силам» приходится «героически» бороться.
В последовавших за его выступлением дебатах мнение ЗаПЧЕЛ по работе правительства выразил сопредседатель партии Юрий Соколовский. Он остановился лишь на одной, но чрезвычайно важной теме – государственных и муниципальных предприятиях, являющихся монополистами в соответствующих отраслях. К тому же и на частном рынке отдельных услуг в Латвии, по мнению Юрия, как правило, господствуют два–три предприятия, умудряющихся еще и сговориться между собой, чтобы не допустить снижения цен.
Помимо всего прочего номинальные хозяева государственных предприятий – жители Латвии, не могут получить информацию ни о зарплатах руководителей этих предприятий, ни о финансовом обосновании повышения тарифов (читайте об этом более подробно в комментарии Юрия Соколовского на … странице номера.- Ред.).
По результатам дебатов фракция внесла в Сейм поправки к закону о регуляторах общественных услуг, предусматривающие сделать информацию об обосновании тарифов общедоступной.
Растранжиренные европейские деньги
На том же заседании мы с председателем фракции Яковым Плинером защищали поправки ЗаПЧЕЛ к третьему чтению закона о безработице.
Яков Плинер сказал, что ЗаПЧЕЛ еще к предыдущему чтению закона предлагал проводить все эти мероприятия на том языке, который безработные лучше понимают. «Мы в своих предложениях ко второму чтению даже назвали этот язык «по имени», — сказал депутат, и добавил: «Но раз у коллег даже слово «русский» вызывает аллергию, то вот вам, пожалуйста, предложения без этого слова»
Запчеловцы предложили осуществлять вышеназванные мероприятия помимо государственного еще и на том языке, на котором большинство безработных той или иной категории получили образование. Их предложено было разделить на две группы: по территориальному признаку, с привязкой к соответствующему филиалу госагентства занятости или по официально выделяемым группам «риска».
Регионы, где национальные меньшинства составляют абсолютное большинство безработных, расположены в крупных городах и в Латгалии, а соответствующих групп «риска» три: хронические безработные, лица предпенсионного возраста и бывшие заключенные. Приведу один из аргументов, которым мы поделились с коллегами: закон об образовании требует проводить на государственном языке лишь те мероприятия по переквалификации, которые финансируются государством или самоуправлениями.
Наше мнение полностью подтвердил ответ на наш запрос министра благосостояния. Оказалось, что на мероприятия, сдерживающеие безработицу, в 2010 году выделено 20 миллионов латов, причем 70 процентов из них – это деньги фондов ЕС. А ВСЯ переквалификация безработных осуществляется ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО на европейские деньги, равно как и специальные мероприятия для групп «риска».
Наши предложения в очередной раз отклонили, но у фракции подголтовлен весь необходимый материал для письма в Еврокомиссию, которая уже завела против Латвии дело по отказу во введении антидискриминационных директив на рынке труда.
Одно радует: в 2010 году на обучение безработных латышскому языку выделено 700 тысяч латов. А вместе с 2008 и 2009 годом – это почти полтора миллиона, адресованных государством специально русской общине страны в результате принятой Сеймом соответствующей поправки ЗаПЧЕЛ к закону о безработице. За два последних года курсы прошли 26 тысяч человек. Это, мы считаем, поспособствовало укреплению государственного языка гораздо больше, чем все 20-летние стенания «патриотов».
Спасайте людей, а не банки!
Депутаты Мирослав Митрофанов и Валерий Бухвалов защищали — каждый свою — поправки к закону о кредитных учреждениях.
Мирослав, первый, и, кажется единственный депутат, который в свое время (тогда это было еще не поздно!) предложил законодательно ограничить безудержную коммерческую рекламу («бери кредит – и живи спокойно»). Теперь он пытался разобраться с ее последствиями. Его предложение сводилось к тому, чтобы лицам, взявшим кредиты для ремонта или приобретения единственного жилья и делающим все возможное, что вернуть кредиты, государство представляло бы соответствующие гарантии. Собственно, такой способ защиты заемщиков еще в середине лета обещал ввести премьер, но пока не сделал для этого ровнехонько ничего.
Валерий, в свою очередь, предлагал запретить банкам менять условия игры по ходу дела, то есть сокращать срок и повышать процентную ставку выплаты кредита должником.
Эти предложения, хотя принятия их ожидают сотни тысяч попавших в долговое рабство людей, были отклонены находящейся на содержании у банков правящей коалицией с туманными обещаниями учесть их позже и в других законах.
Впрочем, в этих «других» тоже есть предложения ЗаПЧЕЛ. Но о них в следующий раз.
