Как известно, Европейский суд вынес свой вердикт: латвийские власти нарушили права Василия Кононова, и государство должно выплатить ему компенсацию в размере 30 тысяч евро. Ракурс попросил латвийского правозащитника, специалиста в области междунродного права, консультанта фракции Зеленые/Европейский свободный альянс в Европарламенте Алексея Димитрова рассказать подробнее об аргументации Европейского суда.
– Я выделю два момента. Во-первых, интересно отношение Европейского суда по правам человека к трактовке исторических событий. Как известно, и латвийское правительство, и представитель Кононова очень много внимания уделили интерпретации того, что случилось в Латвии в 1940 и 1941 годах. Но суд решил эти обстоятельства не рассматривать, сочтя, что они не имеют отношения к данному конкретному судебному делу. Причем обе стороны не оспаривали, что в 1944 году на территории Латвии действовал Уголовный кодекс РСФСР 1926 года. Суд признал, что в тот момент Латвия юридически находилась в составе СССР и, поскольку в ЛССР не был разработан свой Уголовный кодекс, был временно введен УК РСФСР.
– Второй момент?
– Второй момент, очень важный: суд сделал то, что делает крайне редко, – он стал заново оценивать конкретные факты дела. Почему он счел это необходимым? Потому что, по его мнению, латвийские уголовные суды подошли к делу спустя рукава.
– И какие факты заинтересовали суд?
– Как известно, партизанами были убиты жители Малых Бат, которых нацисты снабдили оружием. Суд заинтересовался, почему им было выдано оружие. А также какую роль в предшествующих событиях играли женщины, погибшие в Малых Батах. Наконец, какой была реальная роль в случившемся самого Кононова.
– И к каким выводам пришел суд?
– Во-первых, он счел, что, поскольку жителям Малых Бат немецкое оккупационное командование выдало оружие (латвийское правительство данный факт не оспаривало), а в районе действовали партизаны, то получившие оружие должны были считаться с тем, что их примут не за гражданских лиц, а за тех, кто воюет на стороне нацистской Германии. Большинство судей пришли к выводу: жители хутора должны были осознавать, что нацизм – это абсолютное зло. И поэтому либо не брать оружие, либо считаться с тем, что возможны какие-то акции возмездия со стороны партизан. Суд отметил, что расстреляны были именно те, у которых было найдено оружие.
– Что же касается погибших женщин, то суд предложил две версии. Первая: если они, как утверждал представитель Кононова, участвовали в выдаче партизан, они тем самым перестали быть гражданскими лицами. Вторая версия: возможен так называемый «эксцесс исполнителей», то есть не было заранее обговорено, кто именно подлежит казни, – партизаны уничтожили их как воевавших на стороне нацистов. В этом случае сам факт их гибели лично Кононову ставить в вину нельзя.
– Затем суд перешел к оценке юридических обстоятельств. Можно ли вообще обвинять Кононова в убийстве мирных жителей? Суд указал, что на тот момент действовали Гаагские конвенции начала ХХ века, в которых не был четко прописан статус гражданского лица. Следовательно, опять-таки оснований для осуждения Кононова нет. Представитель Латвии в свою очередь доказывал, что СССР в 1940 году оккупировал Латвию и, хотя Советский Союз к моменту событий в Малых Батах не контролировал эту территорию, все равно-де речь идет о действиях оккупационных властей. Суд, однако, счел этот довод неубедительным.
– Кононова поддержали четверо судей, трое были против, в том числе судья от Латвии. Почему вообще этот судья был включен в состав суда?
– Это обычная практика. Считается, что в составе международного суда должен быть представитель соответствующего государства, поскольку он может более квалифицированно объяснить вещи, связанные с правовой системой государства, подавшего заявление.
– После оглашения приговора в Интернете появились сомнения в справедливости размера компенсации Василию Кононову в 30 тысяч евро. Ваше мнение?
– Европейский суд учитывает, какова экономическая ситуация в данном государстве. 30 тысяч евро для Латвии совсем не то, что, к примеру, для Франции, где размеры пенсий и зарплат несравнимы с латвийскими. К тому же если сравнить размер этой компенсации с теми, которые Европейский суд определял по другим делам против Латвии, 30 тысяч евро сумма совсем не малая.
