(Родился в 1933 году)
В четырнадцать лет, будучи учеником 6–го класса, он послал свои стихи Борису Пастернаку и получил от него приглашение в гости. Это событие определило жизнь Вознесенского. Позже, после успеха поэмы «Мастера» (1959) и первых сборников (1960, «Парабола» и «Мозаика») Пастернак писал ему: «Ваше вступление в литературу — стремительное, бурное, я рад, что до него дожил».
Несмотря на то, что Андрей окончил Московский архитектурный институт и получил специальность архитектора, его жизнь уже полностью принадлежала литературе. В то время поэтические вечера в Политехническом стали собирать полные залы, поэты привлекали многотысячные аудитории на стадионы. И одним из первых в этой плеяде был Андрей Вознесенский. Его сборники, впрочем, как и книги других «шестидесятников», моментально исчезали с прилавков.
Но не все было так безоблачно. В свое время он подвергся резкой критике Никиты Хрущева, был под угрозой высылки из страны, после чего в течение нескольких лет тексты Андрея Вознесенского изымались из печати. Не помогла даже написанная в 1962 году поэма о Ленине «Лонжюмо». Но это было не демонстрацией лояльности Вознесенского к режиму, а, скорее, проявлением общей для шестидесятников тоски по «настоящему» социализму.
В 1978 году Вознесенский стал лауреатом Государственной премии СССР (за сборник «Витражных дел мастер»). А в 1979–м «неблагодарный» поэт принял участие в выпуске неофициального альманаха «Метрополь».
Вознесенский успешно сотрудничал с театром. На его стихи Юрий Любимов поставил в Театре на Таганке спектакль «Антимиры», Алексей Рыбников написал рок–оперу «Юнона и Авось», а Марк Захаров поставил легендарный спектакль в Ленкоме.
Сегодня Вознесенский — мэтр российской поэзии, академик и почетный член десяти академий мира. Последние годы, найдя применение своей «академической» специальности, Вознесенский работает в жанре визуальной поэзии. Он создает «видеомы», в которых стихи совмещаются с рисунками, фотографиями, шрифтовыми композициями. По мнению автора, такая визуальная поэзия соединяет зрительное восприятие с духовным.
***
Кончину чую. Но не знаю часа.
Плоть ищет утешенья в кутеже.
Жизнь плоти опостылела душе.
Душа зовет отчаянную чашу!
Мир заблудился в непролазной чаще
Средь ядовитых гадов и ужей.
Как черви, лезут сплетни из ушей.
И Истина сегодня — гость редчайший.
Устал я ждать. Я верить устаю.
Когда ж взойдет, Господь, что Ты посеял?
Нас в срамоте застанет смерти час.
Нам не постигнуть истину Твою.
Нам даже в смерти не найти спасенья.
И отвернутся ангелы от нас.
1975
