Неожиданное для латышской прессы интервью опубликовала Republika.lv. Собеседником журналиста Айгарса Даболиньша стал посол Республики Беларусь в Латвии Александр Герасименко. Предлагаем читателям Ракурса сокращенный вариант этого интервью.
— Унитарное и демократическое государственное устройство Республики Беларусь социально ориентировано на рыночную экономику. Она проводит в жизнь политику суверенитета и независимости. От Советского Союза мы переняли прежде всего очень мощный и развитой промышленный потенциал. Если бы наше государство пошло по пути приватизации, как сделали наши соседи, экономика столкнулась бы с огромными трудностями. Именно поэтому мы не кинулись в вал приватизации. У нас хватило ума не дать разбазарить экономику, и, сохранив все хорошее, созданное в советское время, стали развивать рыночные отношения.
— Но какова ваша социально-политическая идея? К примеру, идеи Ленина жили, побеждали, но кончились, деградировали вместе со Сталиным, Хрущевым, Брежневым. Горбачев хотел, но не смог объединить коммунизм и демократию в России. Белоруссия пытается найти что-то новое?
— У Белоруссии нет особых геополтических амбиций, но есть глобальные интересы. Государство находится в центре Европы, в ней 10 миллионов жителей. Поэтому главное – создать нормальные условия для граждан нашей страны. Хочу подчеркнуть: мы стремимся проводить политику, независимую ни от Запада, ни от Востока. На первом месте – интересы нашего народа.
— Европа объединяется и превращается в конгломерат все больших размеров. Россия ищет возможности расширить свое влияние в мире. Где место Белоруссии? Вы хотите найти его между этими центрами власти?
— Наша внешняя политика предполагает всесторонность. С Россией создаем союз государств, активно участвуем в объединении Евразии, налаживаем диалог со всеми государствами ЕС. Знаменательно, что в последнее время темпы нашего торгового оборота со странами ЕС существенно возросли, они превышают показатели торговли с восточными соседями. И то, что становится все больше инвестиций именно от западных стран, свидетельствует, что инвесторы ценят стабильность в работе с белорусскими партнерами.
Говорят, что в Белоруссии нет приватизации. Это неправда. Мы ведем приватизацию, но стремимся, чтобы предприятие перешло в руки хорошего хозяина, стало работать эффективно и чтобы у работающих там людей были все социальные гарантии.
Сейчас 75 процентов предприятий Белоруссии уже не принадлежат государству, 65 процентов продукции производится в частном секторе. Мы эту тенденцию поддерживаем, но следим и за тем, чтобы большие предприятия, которые выжили благодаря государственной поддержке, могли работать на благо страны.
— И все же мы здесь, в Латвии, считаем Белоруссию единственным государством, в котором сохраняется социализм…
— Мы не строим ни социализм, ни коммунизм. Мы хотим построить народное государство, в котором могли бы нормально жить все люди. Можно сказать, что народ в большей степени голосовал не столько за Александра Лукашенко, сколько за проводимую им во благо людей политику. Уровень жизни у нас довольно высокий. Среднемесячная зарплата составляет примерно 170 латов. Прожиточный минимум для семьи из четырех человек — порядка 120 долларов. Следовательно, средняя зарплата в два с половиной раза превышает прожиточный минимум. У нас хорошие социальные гарантии и цены намного ниже, чем на Западе и у вас. И на коммунальные платежи тоже.
— Не значит ли это, что Белоруссия, подобно Китаю, пытается соединить социалистические и капиталистические формы хозяйствования?
— Ход ваших мыслей интересен (смеется). Китай действительно строит народное государство, там говорят не об идеях социализма или коммунизма, а о том, что это совсем другое государство с рыночной экономикой. И мы идем по этому пути. Принципиальное отличие – в Китае сохраняется политическая система, которая у нас разрушена полностью.
— Но разве в Китае демократия?
— Я думаю, да. Это очень большая страна, в ней свои особенности, отличная от европейской культура. Поэтому нельзя говорить о таком типе демократии, каковой существует в Европе. Невозможно применять к демократии единые для всех государств мерки. Уровень нашего технического развития позволяет создавать конкурентоспособные производства. Несмотря на отдельные политические проблемы, мы можем утверждать, что наша экономика прирастает инвестициями. Для всех инвесторов созданы единые условия. Возьмем хотя бы наши страны. Между Латвией и Белоруссией политические отношения сейчас обострились, однако это не означает, что мы будем возводить преграды для латвийских инвесторов. Как раз наоборот. Латвийские инвестиции в прошлом году составили 129 миллионов долларов – Латвия среди инвесторов была на пятом месте. У нас созданы около 100 совместных предприятий, столько же и у вас. Мы прагматики. Во взаимных отношениях мы отдаем предпочтение экономике. А это означает обеспечение нормальных условий жизни людей, их социальной защиты.
Независимая политика Белоруссии, как известно, многим не по вкусу. Это началось в начале девяностых, когда у нас появилось много экспертов по приватизации с Запада. Экономика страны была высокоразвитой – радиоэлектроника, производство оборудования, машиностроение, переработка нефти. Мы не позволили все это приватизировать на скорую руку, не отдали предприятия в руки западных партнеров, мы со всем разбирались сами. Именно поэтому на нас обрушилась лавина обвинений, и политические имиджмейкеры постарались представить Белоруссию тоталитарным государством без рыночной экономики. Но посмотрите на наши показатели! 60 процентов нашего национального продукта составляет экспорт.
— Вы только что вернулись из Минска. где встречались с президентом Лукашенко. Шла ли речь на встрече об улучшении экономических отношений с Латвией?
— Около 80 процентов всех наших товаров транспортируется морем. Будучи в Вентспилсе, мы говорили о создании взаимовыгодных условий, с тем, чтобы не только сохранить, но и увеличить транзит грузов через Латвию. Многое зависит от латвийской политики транзитов. Если Латвия не проявит инициативы, белорусский транзит будет направлен через те страны, которые пойдут нам навстречу.
