(1919 – 1986)
Борис Слуцкий родился в небольшом украинском городе Славянске (Донецкая область). Отец всю жизнь проработал в торговле. Окончив школу, Борис, чтобы не огорчать отца, считавшего литературу несерьезным занятием, поступил в московский юридический институт. Но там ему было скучно. В 39-м он уже учится в Литинституте. На фронт в 1941 году ушел, успев получить диплом. Поскольку у него было незаконченное юридическое образование, стал военным следователем дивизионной прокуратуры ( с 1942-го – батальонный политрук). Осенью 1944 года, под Белградом, майор Слуцкий был тяжело ранен осколком мины.
С 1953 года стихи Слуцкого начинают публиковать толстые журналы, в 57-м вышла его первая книга стихов – «Память». А в следующем году произошло событие, несомненно ускорившее развитие его душевной болезни. Слуцкого, бывшего секретарем парторганизации поэтической секции московской писательской организации, под угрозой исключения из партии вынудили выступить с осуждением романа Пастернака «Доктор Живаго». Как он сам позднее говорил, «сработал механизм партийной дисциплины». Всю последующую жизнь Слуцкий тяжело переживал этот неверный шаг, расценивая его как трагическую ошибку. Он сам назовет свой поступок позорным.
Слуцкий сделал неверный шаг, но продолжал оставаться честнейшим человеком. Он был среди первых советских поэтов, осудивших Сталина еще до XX съезда (например, в стихах «Бог» и «Хозяин», долгое время ходивших в списках). Евгений Евтушенко пишет в «Строфах века»: «К 1975 году в его столе лежало около двух тысяч стихотворений. Оставленное им поэтическое наследство было столь огромным, что в течение девяти лет после смерти Слуцкого его неопубликованные стихи почти каждый месяц появлялись в газетах и журналах». А большинству читателей были известны строчки «что-то физики в почете, что-то лирики в загоне», которые вошли в поговорку.
О жизни советского еврейства не писал почти никто. Слуцкий уже в начале творческого пути обращается к еврейской теме. Он пишет стихи от преследовании евреев в Германии, предчувствуя тотальное истребление народа. Во время Катастрофы погибли многие родные и близкие поэта. После войны Слуцкий впервые поднимает тему антисемитизма в советском обществе. Стихи о судьбе евреев «в стране победившего социализма» также ходили в списках («У Абрама, Исака и Якова…», «А нам, евреям, повезло…», «Люблю антисемитов, задарма…» и др.). Стихотворение «Про евреев», предлагаемое в нашей рубрике, полно сарказма, гротескно переданного в форме расхожих антисемитских сентенций.
Про евреев
Евреи хлеба не сеют,
Евреи в лавках торгуют,
Евреи раньше лысеют,
Евреи больше воруют.
Евреи – люди лихие,
Они солдаты плохие:
Иван воюет в окопе,
Абрам торгует в рабкопе.
Я все это слышал с детства,
Скоро совсем постарею,
Но все никуда не деться
От крика: «Евреи, евреи!»
Не торговавши ни разу,
Не воровавши ни разу,
Ношу в себе, как заразу,
Проклятую эту расу.
Пуля меня миновала,
Чтоб говорили нелживо:
«Евреев не убивало!
Все воротились живы!»
1952-1956
