Главное сейчас, чтобы «должностные лица не щекотали нервы статистическими данными ради проведения очередного экономического эксперимента», пишет латышский журналист Марис Зандерс (портал apollo.lv).
Наши экономические показатели сравнимы с теми, что зафиксированы в других европейских государствах. Так что, если кто-то с нервным подергиванием щекой заявляет, что в последнем квартале 2008 года объем промышленной продукции упал на 11,3 процента, а потому нужно еще урезать расходы, отнеситесь к такому заявлению с осторожностью.
Вот примеры. Итак, у нас падение на 11,3 процента. В Словакии, которая недавно присоединилась к еврозоне и которую никто не относит к государствам-банкротам, в минувшем декабре, в сравнении с декабрем 2007 года, падение промышленного производства составило 16,8 процента (данные Reuters). В Венгрии за тот же период промышленность «упала» на 19,6 (Reuters), в Голландии – на 16 (Dutch News Digest).
В последнем квартале прошлого года латвийский ВВП уменьшился на 10,5 процента. Безумие, конечно, но, в принципе, адекватно кризисной ситуации. В Финляндии, государстве с самой сбалансированной экономикой, сокращение ВВП составило 6 процентов (Nordic News Digest)
Иными словами, нельзя статистическими данными, вырванными из контекста, порождать в обществе депрессию и примирение с правительством по принципу «ну, мы в таком г…не, что нет никакой разницы, кто у власти». Это «г…но» сравнительно адекватно экономическому кризису во всем мире, более глубокому, чем тот, что разразился в тридцатых годах прошлого столетия.
В этой связи уместен вопрос: готовы ли люди, стремящиеся к штурвалу или уже находящиеся у власти, предложить, как именно пережить этот трудный период без истерии и не ловя рыбку в мутной водичке?
Что значит в моем понимании «ловить рыбку в мутной водичке»? 9 февраля в газете Dienas Bizness председатель правления Parex banka Нилс Мелнгайлис сообщает, что государство дало банку взаймы 820 миллионов латов. Сказано также, что государство ссудило деньги «под хорошие проценты», что означает, в принципе, еще большую сумму. Еще примерно такая же сумма нужна будет для дальнейшей стабилизации банка (синдицированные кредиты и т.д.). Значит, чтобы вернуть уже взятые взаймы средства, банк надо продать почти за 2 миллиарда латов. Это НЕВОЗМОЖНО ни в нынешнем году, ни в году предстоящем. И потому, что рынок финансов в состоянии кризиса во всем мире, а, значит, с покупателями плоховато. И потому еще, что вряд ли банк одной сравнительно маленькой страны вообще так дорого стоит. Так что пора прекратить обманывать людей – мол, государство деньги себе вернет. Надо четко сказать, что Parex останется в ведении государства. И потом рационально решать, как этим новым приобретением распорядиться.
Второе. Следует ясно и четко сказать, что кредит в 7 миллиардов Латвия отдать не сможет. И – ровно так же четко – объявить: чтобы этот кредит вернуть, мы опять будем брать взаймы – заимодатели найдутся; и что будущее государства в этом отношении на ближайшие десять лет в большой степени решено.
Возможно, статус вечного должника – это не так страшно, но надо знать, какова взаимосвязь между принятыми решениями и нашей независимостью. Вовремя изучить, так сказать, историю государств Африки. Или же к власти должны прийти люди, способные настаивать на том, чтобы в Латвии хотя бы ту часть займа, что относится к банкам, не использовали и уменьшили долговое бремя. Ни-ни, никакого озлобления в адрес банков – просто если банки кредитовать не хотят и пекутся, главным образом, о своих интересах, если эгоизм как нечто само собой разумеющееся ставят на первое место, то и Латвия не должна обременять себя обязательствами для стабилизации банковского сектора. Пусть этим занимаются материнские банки и частные акционеры. Плюс, если мы говорим о варианте появления решительных политиков, нельзя допускать, чтобы деньги из кредита были выброшены на латание бюджета. Или, говоря точнее, на «ловлю голосов» перед очередными выборами.
