В понедельник вместе с депутатом Европарламента Татьяной Жданок мы побывали в Таллине на судебном процессе над антифашистами. Впечатление сюрреалистическое.
В суде присутствовали судья, прокурор, подсудимые, но главным действующим лицом оказалась… секретарь суда. Она сидела посередине и истово стенографировала каждое слово. Подсудимый скажет полфразы, а секретарь машет руками и останавливает: мол, не успеваю записывать. Иногда и вовсе сбивалась и просила повторить сказанное.
В результате за весь день не успели толком допросить даже одного подсудимого — Дмитрия Кленского. При таких темпах процесс затянется очень-очень надолго.
В зале вместе с нами находились родственники обвиняемых, а также… жители Германии с Георгиевскими ленточками — бывшие жертвы нацизма, приехавшие поддержать «Ночной дозор».
Суть процесса тоже оставляла сюрреалистическое впечатление. Кленскому задавали вопросы: что вы хотели сказать, объявив о мобилизации? Мол, что за слово такое страшное, «мобилизация»? А речь шла просто о плане работы — поздравить ветеранов войны, провести форум «Ночного дозора», опубликовать в Интернете стихи…
Кленский говорил в суде о необходимости защиты памятника от вандализма и провокаций. У него были основания для тревоги — то памятник обольют краской, то возложат к нему издевательский венок, то собаку около него выгуляют. А эстонский министр вообще заявил, что здесь похоронены пьяные. «Ночной дозор» не раз призывал прекратить провокации. Ведь у каждой нации есть свои святыни, и нельзя трогать детей, стариков и могилы предков. Однако в суде у Кленского спрашивали, с чего бы такие грозные предупреждения? Угрожал, что ли, «Ночной дозор» кому-то?
Защита доказывает, что выступление людей в бронзовую ночь было стихийным. И, между прочим, не первым. Во время нападения США на Ирак у американского посольства в Таллине тоже собралась толпа, побила машины. Никакого «Ночного дозора» тогда еще не существовало.
В общем, обвинение пока выглядит крайне слабым, и если суд будет руководствоваться юридическими нормами, подсудимых оправдают.
Пока же ясно одно — судят людей с активной гражданской позицией. И что есть желание не решать, а подавлять их «железной рукой». Едва оппозиция поднимает голову, ее так или иначе пытаются лишить голоса.
Повышенное внимание проявила полиция Эстонии и к нам. На обратной пути нашу машину остановили полицейские. Похоже, по указанию свыше, так как из вереницы машин выбрали именно и только нашу, причем с эффектым сопровождением — сразу два полицейских патруля с включенными мигалками зажали с двух сторон. Наши документы проверяли минут двадцать. Придраться, конечно, было не к чему. Зачем, спросите, им это надо? Просто для демонстрации силы. Или от бессилия…
