На заседании Сейма с поддержкой законопроектов, предложенных ЗаПЧЕЛ, выступили депутаты фракции Яков Плинер, Мирослав Митрофанов, Юрий Соколовский, Валерий Бухвалов и Владимир Бузаев. Предлагаем читателям Ракурса полный текст выступления Владимира Бузаева и комментарии по поводу предложенных «пчелами» поправок к закону «Об адвокатуре Латвийской Республики».
Уважаемый президиум, дамы и господа!
Ограничение для неграждан работать адвокатами признано подлежащим отмене не только нынешним поколением официальных правозащитников. Такое заключение впервые дало еще Государственное Бюро по правам человека в декабре 1996 года. Введено же оно 27 апреля 1993 года, то есть 16 лет тому назад.
Омбудсмен в своем заключении говорит, что «адвокаты ― это принадлежащие к судебной системе лица, в свою очередь, судебная власть есть составная часть государственной власти. Однако адвокат не действует от имени государства, он представляет примарные интересы клиента, его решения не обязывающие. Клиенты имеют право свободного выбора адвоката, что означает: у государства нет оснований вмешиваться в эти правовые отношения наложением дополнительных ограничений». Конец цитаты.
Добавлю, что в Латвии разрешено заниматься адвокатской деятельностью и гражданам ЕС. В этой связи латвийский омбудсмен отмечает, что «существуют многие сферы, в нормативных актах которых для граждан Европейского Союза предусмотрены более широкие права, чем для латвийских неграждан. Это создает ситуацию, когда в нашей республике в целом для граждан других стран ЕС определено больше прав, чем для неграждан Латвии, имеющих с Латвией более тесную связь и при этом не имеющих правовой связи ни с какой другой страной. Поэтому, исходя из политико-правовых соображений, было бы желательно пересмотреть объем прав неграждан и их законных интересов… ».
Интересно, что ограничение для неграждан работать адвокатами – не латвийское изобретение. Оно существовало для евреев в третьем Рейхе. При этом гитлеровские юристы рассуждали прямо противоположно латвийскому омбудсмену, приравняв адвокатов не к частным лицам, защищающим клиента, а к государственным служащим. Собственно, именно такие возражения относительно точки зрения омбудсмена и выдвигает через 70 лет латвийское министерство юстиции.
Вообще, сравнивая положение евреев при Гитлере и неграждан при Домбровскисе, можно найти еще несколько любопытных параллелей. Во-первых, и те, и другие ранее имели политические права и были их лишены одним законодательным актом. В Латвии это было решение Верховного Совета «О восстановлении прав граждан Латвийской Республики и основных положениях натурализации», 18-ю годовщину принятия которого мы отмечаем сегодня. В Германии это был закон о гражданстве Рейха от 15 сентября 1935 года, который определил, что еврей не может быть гражданином Рейха, что он не имеет права голоса в политических вопросах, не может занимать должностей в государственных учреждениях. Нюрнбергский трибунал насчитал 12 постановлений и подзаконных актов, которые вводили запреты на профессии для евреев. Латвия пошла куда дальше — и у нас в отношении неграждан запретов насчитывается 80.
В нацистской Германии введение запретов на профессии, начиная с 1935 года, было лишь первым шагом в преследовании евреев, и через четыре года нацисты перешли к полному и окончательному решению еврейского вопроса. К счастью, полной аналогии с Латвией здесь нет, но интересно, что сокращение числа неграждан в первом полугодии 2009 года лишь на 11 процентов произошло за счет их натурализации и на 62 процента — за счет их смертности.
