Скрести по сусекам – дело, конечно, не прибыльное, но чего не сделаешь в надежде испечь колобок! Для Латвии это ни то иное, как поиски энергоресурсов.
Журнал Republika утверждает: черное золото в Латвии есть и задается вопросом – почему в некоторых регионах из-за нефти воюют в прямом смысле слова, тогда как в других местах ее запасы практически никого не интересуют.
В шестидесятые годы прошлого столетия, когда были открыты латвийские нефтяные ресурсы, добыча их представлялась невыгодной: объемы и цены подземных энергетических залежей были малы в сравнении с разработками в той же Западной Сибири. Сейчас же “ценность представляет каждая капля”, пишет журналист Гунарс Валдманис. В поле зрения инвесторов все чаще попадают такие нефтяные ресурсы, которые некоторое время назад считались бесперпективными. Главная причина в том, что усовершенствовались технологии разработок, и потому стало выгодным добывать энергоресурсы даже из технически сложных, небольших и заброшенных скважин. Второй фактор – цены на нефть – с их повышением расширяется круг поиска потенциальных кладовых. Например, добыча черного золота в Северном море развивалась по большей части благодаря тому, что в 1973 году на арабскую нефть было наложено эмбарго – цены на нее взлетели настолько, что нефтедобыча в море стала делом рентабельным. Подобное развитие претерпели и так называемые нефтяные пески в Канаде. По информации экспертов, несколько лет тому назад себестоимость берреля нефти в Саудовской Аравии составляла около тех долларов, в России – примерно шесть доларов, на разработах нефяных песков в Канаде — приблизительно 16 долларов.
Этот пример показывает, насколько условной и изменчивой может быть рентабельность добычи нефти, а то, что в Латвии черное золото есть, — факт неоспоримый. Всем хорошо известно о залежах в Гудениеки, о нефтяных жилах в Литве. Имеются энергоресурсы и на дне морском, причем сравнительно недалеко от латвийского берега. Доказательством тому – открытый в 1983 году и успешно освоенный нефтяной промысел Кравцовское на росийской стороне Куршской дюны. Ежедневно здесь добывается в среднем 12 тысяч баррелей, примерный объем получаемой нефти выражается в 67 миллионов барелей. Подобные темпы сохранятся как минимум семь лет, в целом же эксплуатация месторождений, по оценкам экспертов, продлится лет тридцать. Перспективы литовских скважин слабее – большая их часть был введена в эксплуатацию в девяностые годы, и уже сейчас наблюдается значительный спад объемов добычи и ухудшение качества нефти.
А что в Латвии?
Проведенные исследования на дают ответа на вопрос сколько здеь “черного золота?” Чаще всего упоминаются цифры – примерно 100 миллионов баррелей на суше и около 360 миллионов – в морских глубинах на контролируемой Латвией акватории.
С одной стороны, этого объема хватит, чтобы удовлетворить лишь пятидневный мировой нефтяной“аппетит”. С другой, этот объем нельзя недооценивать, поскольку он мог бы обеспечить потребности Латвии в нефти на 30 лет (сейчас нужды страны составляют 40 тысяч баррелей в сутки). По прогнозам, местные земные и морские скважины могли бы “выдавать” от 10 000 до 15 000 баррелей ежедневно. Это, конечно, навскидку, но, замечает Republika, похоже, что активность инвесторов в Латвии возрастет – нефтяные компании, особенно небольшие, готовы на больший риск и пытать счастья в до сей поры забытых регионах.
Существует, однако, другая проблема – переработка сырья. Строить нефтеперерабатывающее предприятие – для Латвии только в убыток – задавят конкуренты североевропейского региона. И все же ставить крест на добыче нефти латвийского розлива не стоит, говорится в публикации. Рецепт от Republika прост: Латвия может делать деньги на нефти-сырце. Если цена барреля достигает 55 долларов, годовой оборот от продаж составил бы 100 миллионов, которые бы пополняли казну государства. Правда, замечает автор публикации, это пока только теоретические изыски.
В среде же специалистов бытует другое, не понятное журналисту , мнение – производить, говорят они, будем биологическое топливо…
Из него и будем выпекать тот самый колобок…
