С любопытной и достаточно неожиданной для латышских СМИ статьей выступила на интернет–портале politika.lv исследователь центра общественной политики Providus Ивета Кажока. Речь в статье идет о партиях, которые на государственном уровне стали «неприкасаемыми», в том числе о «Центре согласия» и ЗаПЧЕЛ. А также о «странном» отношении к президенту республики Валдису Затлерсу. Приводим фрагменты из этой статьи.
О «Центре согласия»
Может ли кто–то объяснить, чем эта партия столь для нашего государства вредна, что включение ее в коалицию создаст большие риски, чем, к примеру, Союз зеленых и крестьян, Латвийская Первая партия/Латвияс цельш, Народная партия? Что в программе ЦС «неподобающего» для партии страны–участницы ЕС?
Я не говорю, что ЦС лучше «латышских» партий. Для меня показатель коррумпированности складывается из трех элементов: (1) поведение во время Юрмалгейта; (2) голосование предыдущего состава Сейма по азартным играм; (3) голосование этого Сейма по легализации преступно нажитых средств. Во всех этих трех случаях (и не только) деятельность этого партийного объединения свидетельствовала, что оно так же «хапает», как, к примеру, ЛПП/ЛЦ и НП. Однако, вопреки этим партиям, с ЦС все же можно было считаться в вопросах референдума.
Если бы мне надо было назвать самые большие недочеты в функционировании латвийской демократии, они были бы следующими: (a) сегрегация партий по этническому признаку — неужели, глядя на структуру латвийского общества, представляется нормальным, что во все годы существования Латвии в правительстве были почти одни латыши? (б) то, что в до сих пор существовавшие правящие латвийские коалиции отбирались из представительства не 100, а 75–78 депутатов. В этом и есть причина столь бессовестного поведения партий коалиции!
О ЗаПЧЕЛ
С этой партией еще безумнее. Если коалицию с ЦС упомянуть публично еще можно, то ЗаПЧЕЛ абсолютно «неприкасаема». ПОЧЕМУ? Если оценивать работу в Сейме, то в отношении вопросов гражданского соучастия и предотвращения коррупции ЗаПЧЕЛ очень прогрессивна. Они, между прочим, голосовала «против» возможности легализовать преступным путем нажитые средства и всегда (не помню случая, чтобы это было по–другому) голосовали за то, чтобы жители Латвии имели большие возможности контролировать власть — путем ли поправок к Конституции, чтобы у народа была возможность распускать Сейм, или выступая за нормальное регулирование пикетов и собраний, или за открытость в вопросах определения тарифов. Если принять за критерий понятие «честная политика», они всегда своими делами доказали честность намного большую, нежели партии правящей коалиции.
О президенте
Сколько можно пинать одного человека?! По–прежнему считаю, что в балансе его президентуры положительное во много раз превышает отрицательное. Затлерс — президент, от которого ждали немногого, но сделал он намного больше, чем предыдущие президенты. Внутриполитически он был сильным президентом и таких выпадов, как предыдущая президент, не позволял. Да, он был избран очень дрянным путем, но непонятно, почему ему все припоминают намного дольше, чем другим должностным лицам, избранным подобным же образом (вспомните Лоскутова!).
То, что Затлерс решил стать противовесом безответственности сеймовского большинства (начиная с возвращения на повторное рассмотрение коррумпированных законов и заканчивая призывами прийти на референдумы или даже инициировав роспуск Сейма), есть действие, достойное прославления и поддержки, а не упреков. Если не считать суда Сатверсме с его ограниченной компетенцией, другого механизма противовеса злонамеренным действиям парламентского большинства НЕТ ВООБЩЕ. Если нынешняя ситуация требует активного президента, таким он и должен быть.
То же — с «выражением недоверия» правительству Годманиса. Да, это был политически необдуманное действие, однако если Латвия в 2009 году лопнет, как шарик, меньше всего это будет виной Затлерса. Без доверия общества правительство не в состоянии работать успешно. И ответственен не тот, кто констатирует клиническую смерть, а тот, кто допустил, что ситуация зашла так далеко. То есть те, кто формировал, и те, кто легитимизировал политику Латвии (в контексте нынешнего кризиса — особенно политику экономическую) в предыдущие десятилетия.
Я хочу найти ответ на вопрос, кто в Латвии смешал все категории идеологии. Почему у нас политические «левые» и «правые» воспринимаются в этническом свете и насколько сознательно формировалось и поддерживалось подобное восприятие…
