Латвия для русских по известным причинам скорее не мать, а мачеха. А душа дома ищет… Наш разговор со Светланой был долгим. Краткости ради я записала его в форме монолога. Речь шла о Русском доме, в прямом и переносном смыслах. Итак, слово от первого лица…
— Мне говорят, поезд ушел. Во всяком случае тронулся уже с места, увозя молодых ребят с русскими фамилиями на сверкающий, благословенный, зажиточный, многообещающий Запад! Навсегда. Назад в Латвию они всеми силами постараются не вернуться. А в Россию?.. Что они о ней знают? Так, кое-что. Про рок-группы или еще о чем-нибудь в этом роде. Которых полно и в Европе.
Да, вы правы, конечно, не все такие. И не ребята виноваты, что становятся иванами, не помнящими родства. Не до того им. Как и их родителям. Глобализация, видите ли, все пути-дороги открыты, и «Глобалисты всех стран, объединяйтесь!» Хотя чего им объединяться, они и так уже, как цыплята из инкубатора, сидят по своим потребительским корзинам. Важно только найти корзинку побольше.
Когда говоришь молодым о великой русской культуре, они посмеиваются: слова, мол, из лексикона даже не их мам-пап, а дедушек и бабушек. Сегодня «в топе» другие слова — бизнес, деньги, конкурентоспособность, успех, имидж, Бали, вилла, яхта, хорошо бы личный самолет.
Честно говоря, я тоже теряюсь, когда меня спрашивают, а зачем им на самом деле эта русская культура? Ну чем убедить, что память предков драгоценна, или почему плохо, если Иван превращается в Джона, а Шишкин – как у нас – в Сискина? Только, может быть, одним убедить – восстанавливая живые связи с Россией. Не гламурной, не бандитской Россией, а великой страной с великим будущим. В основе которого, что бы ни говорили, все-таки язык и культура.
Но Валерий Дьячков написал (Ракурс, №6. – Ред.), что русские Латвии разобщены, как ни одна другая община, а потому беспомощны. Правильно написал. Но что из этого, какой вывод?
Душа дома просит
Дискуссии вроде той, что затеял Ракурс, вещь, конечно, хорошая. Лишний раз подумать никому не лишне. Только меня удивляет, почему разговоры ведутся исключительно неконструктивные. Можно, конечно, порассуждать, русские Латвии — нацменьшинство или кто, и на что мы имеем право. Да на все имеем! Русские здесь жили веками, русские купцы и промышленники строили театры, школы, фабрики, несли свои, совсем даже немалые, деньги в казну. А что за права теперь надо бороться, так это прямая обязанность политиков. Которых мы, естественно, должны поддерживать, — тех, кому поверим.. Но хорошо бы еще подумать и о другом.
Вот вы задумывались, почему не пустуют, как правило, залы на спектаклях российских театров, даже антрепризных, даже из рук вон плохих? Что, русские рижане такие завзятые театралы? Да нет же, театралы у нас, скорее, латыши. Они даже даже на спектакли Русской драмы ходят, в то время как русский зритель в латышском театре – ба-а-альшая редкость. Но на российские гастроли мы – строем! Почему?
Потому, думаю, что «там русский дух, там Русью пахнет». И надо же человеку слышать родную речь, почувствовать себя хоть на время в родной среде и равным среди равных. Есть такая неистребимая потребность. Не зря же в мире полно разных организаций, сформированных по, так сказать, «земляческому» признаку. И, как правило, в названиях их присутствует слово «культура», «культурное», «общество культуры». У нас такие тоже есть, и в столице, и в провинции. Вопрос в другом: какое отношение они имеют к русской культуре, тем более — к современной российской культуре?
Я ни в коем случае не хочу обидеть людей, которые тратят свое драгоценное время, а то и собственные деньги на то, чтобы устроить праздник по случаю той же Масленицы, или чтобы вести занятия в кружках, или на организацию выставки, конференции и т.п. Спасибо им, и честь им и хвала за это. Но есть в них какой-то неистребимый привинциализм, и, если по большому счету, это, согласитесь, больше похоже на художественную самодеятельность, имеющую мало общего с собственно культурой. Фольклорные праздники, память о традициях русского народа – все чудесно, все замечательно, но совершенно же недостаточно, чтобы почувствовать, что не окончательно еще порвана пуповина, связывающая нас с этнической родиной. И чтобы гордиться не только прежней, когдатошней, Россией, как бы мила она нам ни была, а сегодняшней, живой и потрясающее разнообразной.
Есть ли у меня конкретные предложения?.. А зачем бы иначе я предложила вам встретиться? Согласна, перейдем к делу.
К делу!
Думаю, что, учитывая местные реалии, давно назрела острейшая необходимость в создании в нашей столице настоящего Русского дома. Такого, знаете, безусловного и авторитетного центра притяжения, действительно дома культуры. Культуры – так и напишите — с большой буквы. И отдыха, разумеется.
Мы тихо надеялись, что таковым станет Дом Москвы. Не случилось.
Любому учреждению, а культуры тем более, нужна своя, детально продуманная идеология. Не в политическом, естественно, смысле, а в концептуальном. Зачем и чего, собственно, мы хотим? С кем и чего ради можем и должны работать? Кого хотим видеть и слышать в этом доме, кого и почему именно приглашать? Какие формы в деятельности этого Русского дома предпочесть?..
Я вижу, вы скептически улыбаетесь… Напрасно. Я вам не утопические картинки собираюсь рисовать. Это может стать вполне успешным бизнес-проектом. Бизнес в сфере услуг успешен, когда его идеи и его предложения востребованы, так ведь? А разве вы не видите, что люди устали от «культурного ширпотреба»? Голод есть не только на живое русское слово, но и на свежие мысли, на масштаб мышления и творчества, выходящий за пределы того, что есть сейчас в республике. Доказательства? Вы же сами писали о гуманитарном семинаре Сергея Мазура, на который часто приглашают российских ученых, философов, деятелей культуры. Рекламы у этого семинара практически никакой, а людей в зале с каждой встречей все больше. Или когда из Парижа приезжал с лекциями профессор Пятигорский, в университетской аудитории яблоку негде было упасть. Читал он, естественно, на русском, а в публика — вот вам еще один парадокс — в основном была латышская. Большинство русских про приезд дорогого гостя и исключительно интересного человека – ни слухом, ни духом….
Как мог бы работать Русский дом? Тут, по-моему, незачем изобретать велосипеды. Помните, как в советские годы работал планетарий, он же Дом знаний? Не все там было интересно, но были и встречи или, если хотите, мероприятия, на которые народ валом валил. Есть у нас что-нибудь похожее сейчас, не от случая к случаю, а в виде хорошо продуманной, регулярной, систематической программы? Ничего похожего. А спрос, повторю, есть, и очень большой.
Параллельно можно было бы попробовать возродить клубы по интересам. Чтобы было где собраться, к примеру, работникам образования. Или полицейским. Или работникам торговли. Или почтальонам, которых сейчас ругают на каждом шагу. Это я называю так, на вскидку. И очень, очень нужны клубы молодежные. Но не абы какие, не по лубочному принципу «за самоваром я и моя Маша», а такие, которые им, молодым, могут быть действительно интересны. Ну, предположим, клуб молодого политика или правозащитной деятельности с международным уклоном и соответствующими контактами, связями. Может, они, молодые, тогда будут глядеть не только «в западном направлении»…
Не бронзоветь!
Вопрос, кто всем этим может заняться, какие светлые головы могут продумать программы и структуру, на какие такие деньги приглашать гостей и где всем вообще собираться.
Опять же не стоит открывать америк. Для начала хорошо бы собрать общественный совет, сложить те светлые головы вместе. Хорошо бы, кстати сказать, людей, не слишком примелькавшихся в здешнем публичном пространстве. Прежние конфликты и неудачи в организации и координации работы разных общественных организаций к оптимизму как-то не располагают. Нужна, что называется, свежая кровь. При этом найти умных и достойных людей, поверьте, не проблема. Было бы желание. Но пока эти «умные и достойные» отшатываются, в чем я не раз убеждалась, от общественной деятельности, подозревая — к сожалению, часто не без оснований — что за внешне благородным фасадом культуртрегерства прячутся чьи-то вполне не бескорыстные интересы. Значит, нужно убедить их в обратном. Думаю, это реально, если внятно изложить идею и возможную программу действий.
Что касается финансовой поддержки. Она на первых порах, конечно, нужна. Но дальше, когда наш дом крепко встанет на ноги, можно и нужно думать по меньшей мере о самоокупаемости различных проектов. Было бы естественным, мне кажется, надеяться на поддержку российского посольства, коль скоро речь идет в первую очередь именно о живой связи с Россией. Нужно искать меценатов из числа местных бизнесменов. Я уверена, они откликнуться, если уверятся, что дело это, так сказать, чистое. А убедить, что оно крайне необходимо всем нам, живущим в Латвии, думаю, не так уж сложно.
В общем, хорошо бы сесть за «стол переговоров». Это могло бы стать началом русского движения, не политизированного, не того, в котором деньги правят бал, а выражением естественной потребности в культурной преемственности разных поколений и наших двух, России и Латвии, стран.
И еще я согласна с Гарри Гайлитом: наша сила в осознании, что мы русские, и что русский — это звучит гордо. Может звучать гордо. А силу, как известно, уважают даже враги, даже если сильно не любят ее.
…Я догадываюсь, о чем вы сейчас думаете. Еще, мол, один проект, еще прожект, а все в конце концов лопнет как мыльный пузырь. Но что-то же надо делать! Не сидеть же сложа руки и послушно довольствоваться малым в надежде на манну небесную из рук местной «национальной культурной политики». И уж тем более стыдно бронзоветь и дальше в позе «униженных и оскорбленных».
ИЗ ДОСЬЕ
Светлана Иванова-Лошканова. По профессии врач-педиатр, в свое время закончила Рижский медицинский институт. В середине 90-х издавала медицинскую газету Recepte. Кстати сказать, единственную в то время газету, на страницах которой публиковались материалы и на русском, и на латышском языках. Последние 10 лет возглавляет попечительский совет родителей, работающий при Рижской 40-й школе.
