Незамеченным прошло интервью в Diena с Робертом Нуриком, старшим научным сотрудником Института международных исследований в Монтре. Интервью брал Айварс Озолиньш. И вопросы, и ответы получились весьма многозначительными.
Айварс Озолиньш играет в пограничника. С биноклем на груди и винтовкой М16 за спиной он патрулирует «техническую» границу с Россией, всерьез полагая, что охраняет весь западный мир от вторжения. Время от времени он вскидывает винтовку, любуясь открывающимися в створе прицела видами. А после вахты докладывает начальству о замеченных перемещениях на стороне потенциального противника.
Роберт Нурик знаменит тем, что еще в 1996 году в совместной с Роном Асмусом книге «Расширение НАТО и страны Балтии» «предсказал» включение Эстонии, Латвии и Литвы в состав Северо-Атлантического альянса. С кем, как не с ним, обсудить сложившуюся тревожную обстановку.
— Ваша книга, — начал Айварс Озолиньш с комплимента, — стала основанием политики руководства США, в результате которой эти государства были присоединены к НАТО. Видите ли вы возможность дальнейшего расширения НАТО за счет Грузии, Украины и Балканских государств?
Роберт Нурик проявляет осторожность:
— Думаю, что многие постараются добиться скорейшего принятия этих государств, однако политически этот вопрос все же остается открытым.
Тут интересен не столько его ответ, сколько нетерпение Айварса Озолиньша. Ну, когда же, когда приступят союзники к окружению России! Боится не дожить? Нет, беспокоится за судьбу демократических преобразований в России:
— Были надежды, — сокрушается он, — что Россия могла бы стать демократическим государством, но этого не произошло. Сенатор Маккейн даже призвал руководителей G7 бойкотировать саммит в Санкт-Петербурге этим летом.
Вот если бы все американские сенаторы были такими же. Вот если бы он, а не этот мягкотелый русофил Джордж Буш, был американским президентом. Но увы, и Джордж Буш и другие лидеры G7 в Санкт-Петербург поедут, а сенатор Маккейн и его местный поклонник останутся при своих интересах. Ведь как бы ни тревожили Соединенные Штаты «внутренние тенденции в России» и «политика России в ближнем зарубежье» (а подобная тревога, по словам г-на Нурика, существует), но, «принимая во внимание сегодняшнее руководство России, цены на нефть и остальное (!)», США имеют весьма ограниченные возможности для прямого влияния на происходящее. «Во всяком случае, в настоящее время».
Можем ли мы, исходя из этого, говорить о провале американской политики в отношении России? Вопрос, конечно, интересный. Как известно, спектр двусторонних отношений США и России неширок. Он исчерпывается вопросами безопасности (терроризм и распространение оружия массового поражения) и сферой энергетики. Но даже эти «достаточно ограниченные отношения» в двух-трех сферах Соединенные Штаты не готовы подвергать опасности в настоящий момент.
Но, как же так, — не сдается Айварс Озолиньш, — а «газовые войны»? Неужели в Вашингтоне не понимают, что Россия что-то затевает?! Вот и Дмитрий Тренин из Института Карнеги думает, что Россия осуществляет контрнаступление на отдельных стратегических направлениях и, возможно, готовит общее наступление.
Ну, что вы, милейший г-н Озолиньш, в Вашингтоне совсем не малые дети сидят. Там прекрасно понимают, что главной стратегической целью российского руководства является возвращение России достойного места в международной политике. Понимают там и то, что укрепление государственного контроля над энергетической сферой является ступенью к достижению этой цели, что средства, полученные от экспорта энергоносителей, пойдут на восстановление инфраструктуры и вооруженных сил.
И что же вы прикажете делать, если экономическая конъюнктура способствует осуществлению этих планов? И не сами ли Соединенные Штаты своей политикой на Ближнем Востоке содействуют созданию этой благоприятной для России конъюнктуры?
Есть от чего схватиться за голову господину Озолиньшу. А что, если Россия это свое «наступательное оружие» (по меткому выражению Андрея Илларионова), т.е. контролируемые государством энергетические компании, решит использовать против Балтийских государств?
Ну что может ответить на такой вопрос старший научный сотрудник Института международных исследований в Монтре? Посочувствовать? Обнадежить?
— Энергетическая безопасность возможна, но она стоит дорого. Все зависит от того, как дорого вы готовы за нее платить и кто будет платить.
Вопрос, что называется, по существу. И рассуждения Роберта Нурика о том, что российского газа уже через пять лет может не хватить для выполнения обязательств по поставкам в Европу, не снижает его остроты. Ведь если «в результате, — как предполагает американский эксперт, — европейские государства начнут соревноваться за приобретение газа», то едва ли есть у Латвии в этой конкуренции преимущество. В свете антироссийской внешней политики латвийского руководства скорее даже наоборот.
Вот я и говорю, не пора ли делать соответствующие выводы, господа пограничники? Ну неужели не надоело любоваться видами в створе прицела? А если Соединенные Штаты исподволь готовятся пересмотреть свои отношения с Москвой, то нам-то чего с ней цапаться? Может, заплатить за энергетическую безопасность Латвии достойную цену и спать спокойно? Эта цена выключает в себя и равные права для всех жителей Латвии. Или она вам не по карману?
Вопросов, как видите, много. Будем дожидаться ответов.
