«Достаточно ясно, что началом конфликта была ограниченная военная акция Грузии в столице Южной Осетии». Антонио Миссироли, директор центра европейской политики, сотрудник Института по изучению проблем безопасности ЕС. Его интервью журналисту европейскому корреспонденту LTV Гундару Редерсу разместил портал politika.lv.
По мнению г-на Миссироли, после «ограниченной военной акции Грузии» последовала «непропорционально мощная» реакция России. Очевидно, что Россия только ждала возможности, чтобы преподать горький урок Саакашвили и создать на Кавказе выгодную для себя ситуацию. Не думаю, что удастся вернуться в довоенный status quo.
Во всех декларациях, с которыми выходил Европейский cоюз и в какой-то степени США, выражена солидарность с Грузией как с государством, но не с Михаилом Саакашвили. Они дистанцируются от человека, который в известной степени совиновен в этом кризисе.
С точки зрения строго военной, один из уроков кризиса следующий – если кто-то стремится решить проблемы на Кавказе при помощи военной силы, противостоять России очень трудно, она там ныне самый сильный игрок. И еще – если мы хотим долговременного мира и стабильности на Кавказе, следует учитывать интересы России. Я бы сказал, что в данный момент победителей в войне нет».
Кто за столом главный?
Несомненно, один из главных переговорщиков – Россия, ответил директор центра европейской политики. Безопасность и стабильность в регионе нельзя построить, делая что-то России вопреки, однако «Россия не должна извлекать выгоды из новой ситуации, которую она «наработала» в течение последних недель на Кавказе. Поэтому важно, чтобы мировое сообщество с Евросоюзом во главе заставило Москву сдержать свое слово и отвести вооруженные силы».
Оценивая итоги внеочередного саммита Европейского cоюза, который проходил через три недели после начала грузинского кризиса, Антонио Миссироли произнес: «Думаю, что достигнут хороший компромисс, ибо даже такие государства, как Польша и страны Балтии, которые желали высказать жесткое отношение, не пожелали ввести санкции против граждан России.
Никто не хочет останавливать поток русских туристов на Запад. К тому же разные санкции могут породить эффект бумеранга для самого Европейского cоюза. Россия – не Зимбабве; отношения Европы с ней очень комплексные – и в энергетическом, и в рыночном, и в потребительском аспектах».
Есть ли альтернатива «зависимостям»?
«Отдельные европейские частные и корпоративные игроки уже начали искать альтернативные пути. Например, компании Германии и Италии начинают инвестировать в Ливию и Египет. Но есть одна проблема – все богатые нефтью и газом государства, за исключением Норвегии, не демократичны, – говорит г-н Миссироли. – К тому же там необходимы долговременные инвестиции. Поэтому мы не можем говорить, что нынешней зимой или в ближайшие годы Европа сможет заменить чем-то российские газ и нефть».
Вторая «холодная» возможна?
Холодная война – не в интересах сторон, «хотя способ выражения и язык в последнее время довольно резкий. Это объясняется особой ситуацией в мире. Во-первых, проходит кампания выборов президента США, и, по крайней мере, один из кандидатов – сенатор Маккейн – в своей риторике делает особый акцент на ухудшение отношений с Россией. Во-вторых, во внутренней политике России в качестве действующего фактора выступает национализм. Русские на международной арене чувствуют себя все более весомо, может быть, только потому, что цены на газ и нефть растут. И Путин, ныне премьер-министр, опирается на этот возродившийся русский национализм.
Задача ответственных политиков – обуздать язык, чтобы можно было спокойно найти разные решения проблем, но это не происходит столь скоро. Быть может, это случится через год, когда осядет пыль Кавказа, а в Вашингтоне будет новая администрация».
Бояться ли Молдове и Украине «новой политики России?»
«Молдове уж очень бояться не стоит. Замороженный конфликт в Приднестровье существует, но в глобальном масштабе это проблема сравнительно небольшого формата. Намного сложнее ситуация с Украиной. Большое число жителей Украины, особенно на полуострове Крым, или русские, или русскоговорящие. Черноморский флот России базируется в Севастополе, по заключенному между Россией и Украиной договору до 2017 года. Треть военных поставок для российской армии идет с Украины. Это означает, что на Украине сильны российские интересы. Если Запад желает обеспечить на Украине долговременную стабильность, он должен с российскими интересами считаться, а не пребывать в конфронтации.
Стремление ускорить прием Украины и Грузии в НАТО до окончания полномочий администрации Джорджа Буша, по мнению А.Миссироли, «не было особенно умно и, возможно, способствовало эскалации ситуации на Кавказе».
В преддверии олимпийского Сочи
Отвечая на вопрос, существует ли угроза введения санкций в отношении проведения Олимпиады-2014, директор центра европейской политики Антонио Миссироли произнес: «Уверен, что сбор журналистов и атлетов в таких местах, как Пекин или Сочи, лучше, чем их неприезд. Санкции не лучшее решение. Они, возможно, сработали бы в случае с Зимбабве, но не с Россией».
