Русскую драму переименовали в Рижский русский театр. Этот факт ознаменовался премьерой спектакля из золотого фонда русской классики. Тюзовский режиссер из Воронежа Михаил Бычков поставил «Женитьбу» Гоголя.
Спектакль получился традиционно-хрестоматийный. Если, правда, не считать того, как он оформлен. Почти все действие происходит на строительных лесах с множеством лестниц и площадок, на которых черт ногу сломит. Впрочем, можно воспринимать это и по-другому. Как своеобразный визуальный образ царской России со сложным нагромождением старых деревянных строений.
На «Женитьбу» теперь будут гонять школьников целыми классами. Ну а чтобы они «на Гоголе» не скучали, по сцене, вокруг «лесов», время от времени разъезжают на колесном транспорте сваха Фекла Ивановна – у нее велосипедная коляска и друг Подколесина Кочкарев – на самокате. Это забавно и хорошо рифмуется с фамилией Подколесин. Дескать, «мужик на выданье» попал под их колеса.
Это как бы ключ к спектаклю. Намек, что в спектакле все надо воспринимать хоть и буквально, но в то же время и как карикатуру. Ведь «Женитьба» — не пьеса в привычном смысле слова. Потому Гоголь и назвал ее «Совершенно невероятным событием». Бычков, кстати, такое обозначение зачем-то оставил, хотя ничего невероятного в спектакле зритель не увидит. Времена другие. Можно было автора и подправить. «Женитьба» — это анекдот. Смешной или печальный – вопрос другой. Впрочем, и смех, и грех у Бычкова имеются. Правда, сочетание это грустновато, отчего и анекдот получился какой-то печальный.
Наверное, таким его режиссер и задумал, окарикатурив персонажей довольно сильно, но не комедийно. До него все превращали «Женитьбу» в комедию, а он не захотел. Невеста у него (я смотрел спектакль с Екатериной Фроловой в этой роли) напоминает смешную куколку не образовавшейся еще бабочки. Борис Плоских и Вадим Гроссман играют такого Кочкарева и такого Анучкина, что карикатура переходит в гротеск. Бычков выставляет их не смешными, а отвратительными. Представьте себе, ну, скажем, Мефистофеля на самокате. Это даже возмутительно – злая сила гоняет по сцене, как школьник-сорванец. По-своему, конечно, такая фигура очень смешна. Но ведь есть значительная разница между смешным человеком и тем, который смешон.
А вот Галина Баженова – тетка невесты, Галина Российская – сваха, Дмитрий Палеес – Яичница это уже не Гоголь, а, по-моему, Островский. Над ними смеяться не хочется. Их жалко. Хотя я сужу с точки зрения своего возраста. Спектакль-то подростковый, а у этой публики взгляд другой.
Зато однозначно мил в спектакле Подколесин. Очень симпатичный получился у Игоря Чернявского надворный советник. Не знаю, как он вписывается в общую концепцию спектакля, но играет его Чернявский от всей души и с большим вкусом.
