Latvijas aviize пером корреспондента Андриса Гринберга описала, как прошла встреча министра земледелия Мартиньша Розе с жителями Резекненского района. Копья ломали по поводу печального будущего на селе малых хозяйств.
Масла в огонь подлил, с одной стороны, министр земледелия. Своим заявлением, что будущее принадлежит большим производителям молока, которые, знаете ли, могут обеспечить и нужные объемы продукции, и высокое качество, и приемлемую себестоимость продукта. С другой стороны, возмутились специалист в области развития сельского хозяйства Анастасия Салениеце из Наутренской волости и консультант по тем же вопросам из Кантиниеков Лайма Жогота. Они в один голос воскликнули, что Латгалия в упадке, а господ из Риги это нимало не волнует. Что делать крестьянину, вопрошали они, у которого сейчас шесть-семь коров и который, хотя у него не хватает ни земли, ни денег, тоже хочет развиваться, расширять ферму, но не до пятидесяти голов, как от него требует Евросоюз, а, скажем, до двадцати?!
«Если мы хотим, что люди остались в Латгалии, нужно искать, как поддержать эти небольшие хозяйства, которые способны производить столь же качественный продукт, как и большие хозяйства. Это правильный вопрос, который задают сидящие в этом зале люди», поддержал женщин депутат Станислав Шкестерс.
«Неправильный!», возразил министр. Зал, хором: «Правильный!». Только после того как словесный обмен репликами прозвучал трижды, министр пояснил: «Мы задумали так, чтобы в ближайшие семь лет создать фермы на 50 голов. У нас в запасе семь лет! Люди, задумайтесь! Фактически и 50 коров – это компромисс. Чтобы не обречь наше молочное производство на серьезные проблемы, надо было бы — на 90 коров. К тому же не одно министерство земледелия должно отвечать за развитие села, но и министерства сообщения, экономики и другие. Нам надо создать на селе новые рабочие места, нам нужно изгонять предприятия из больших городов. В стране на одного представителя сельского хозяйства произведенной продукции в два с половиной раза меньше, чем в среднем в народном хозяйстве. Это значит, что и заработки на селе вдвое ниже. Ясно же как дважды два – пытаясь искусственно удержать людей в сельском хозяйстве, мы не решими проблему развития села, а только ухудшим положение. Да, мы можем сказать людям – помучайтесь еще года два, три, четыре, пять лет. Но через пять лет все равно наступит крах!»
Выкрики из зала: вы хотите уничтожить в Латгалии молочное производство! Министр парирует: как раз наоборот — поддержать его; не все останутся на селе, но те, что останутся, должны стать сильнее и больше.
Реплика из зала: «Хозяйство должно быть крепким, а не большим!» Директор Вилянской селекционно-испытательной станции Леопольд Зунда на нее ответил, что, как предупреждают датчане, если коров меньше сотни, хозяйство будет неконкурентоспособным, и что выход, быть может, в организации кооперативов. Крестьяне возразили: «О кооперативах во многих хозяйствах Латагалии и слышать не хотят, и без того настрадались от колхозов».
После встречи с министром люди разошлись не сразу, дебаты продолжались еще долго. «Почему, вопрошала Салениеце, если правительство делает ошибки, это ничего, а когда ошибается крестьянин – ему хана?!» Депутат Сейма Лигита Силараупа попыталась успокоить всех: «Кто очень хочет, выход найдет. Европа не допустит, чтобы заросли наши поля. Не будет этого! Верьте мне, пройдет пять, шесть, семь лет, и в Латвии не останется ни одного не обработанного уголка земли!»
О том, поверил ли народ депутату, Latvijas aviize умолчала.
