Недавно в одной из газет под заголовком «Русскому языку в Латвии ничего не угрожает» было опубликовано интервью c доцентом отделения славистики ЛУ Татьяной Лигутой. Речь шла о том, что у подростков резко ухудшилась культура русской речи. Так будто бы утверждают учителя. Но, сетует Лигута, те же учителя не отслеживают, как именно это проявляется в устном и письменном языке школьников.
На мой взгляд, качество образования в целом действительно может понизиться в результате реформы. Но что касается культуры речи, тут происходят совсем другие процессы. У школьников она падает точно так же, как у их родителей и вообще у всего русского населения Латвии. И не в одних школьных ошибках тут вообще дело.
Отслеживать нужно изменения, которые происходят с русским языком в печати и на радио и телевидении. В мое время, например, когда я был студентом филфака, этим занимались не учителя, а студенты. Нам предлагались темы для курсовых и научных работ по отслеживанию культуры речи в местных газетах. Кроме того, в Союзе писателей секция переводчиков издавала регулярные выпуски сборников статей «Русский язык в нашей речи». Тщательно и фронтально изучалось влияние не только латышского, но и польского и других языков на русские СМИ.
И это при всем при том, что тогда же во всех СМИ работали специальные литературные правщики. Сегодня этим не только никто не занимается, но наоборот — в русских СМИ намеренно стирается грань между языком литературным и разговорным. Желтая пресса — вот главный виновник падения культуры русской речи.
Что до «латышизмов», школы тут вообще ни при чем. Словесные заимствования не могут нанести вреда русскому языку. Они только способствуют его развитию. Другое дело — подражания. Опасность представляет не механизм обогащения языка новыми словами, а его засорение чужими формами. Засорение идет в основном через «устные» СМИ, и делают это не только сами русские, а и латыши, когда они в эфире пытаются изъясняться по–русски. Слишком уж часто и как будто даже нарочно у нас стали приглашать на радио и телепередачи латышских собеседников, плохо владеющих русским языком и коверкающих его. Их никто не поправляет. В результате неправильные грамматические и стилистические формы легко и быстро усваиваются нами как норма, особенно подростками. Затем эти фразы и словечки переходят, скажем, в песни, и — пошло поехало…
