Понадобилось четыре месяца, — ведь нынешний год официально был провозглашен Годом русского языка еще в начале ноября, — чтобы мы, наконец, осознали, что нас в Латвии это касается тоже.
Правда, не ясно, почему мы свели его только к языку, когда задумано все гораздо шире. Праздник длиною в год посвящается русской словесности вообще. Поэтому принято говорить — о языке и чтении. Тем более, что первоначально предлагалось объявить 2007–й годом русской книги. И в принципе это остается в силе, просто, чтобы не было разночтений, решили диапазон расширить от языка, как основного нашего богатства, до чтения, куда включается очень многое. В том числе сама литература, издательская деятельность, доступность книг и прочее.
По сути — это год русской книжной культуры. У нас же, похоже, поняли все слишком узко и толком не знают, что надо делать. Разве что вот, намедни, было объявлено, что в Риге откроют Балтийскую академию для теле— и радиожурналистов. Это замечательно как раз потому, что новый вуз сможет поднять уровень культуры русской речи всех медийщиков. И роли культуры как таковой тоже. Ведь сегодня отношение к ней в русских СМИ просто никакое. Особенно в бумажных. Вокруг все говорят о кризисе русской культуры, что она в загоне и в запустении, а почитаешь наши СМИ — там все наоборот. Одни бравурные заметки о том, как все хорошо и замечательно.
Год языка и чтения для того и придуман, чтобы повернуть нового потребителя культуры лицом к проблемам культурного процесса. Чтобы этот новый потребитель сумел наконец осознать, что без сохранения богатств русского языка и культа чтения ему русской культурой не овладеть. А без нее он рано или поздно превратится в маргинала. Забывшего, с какой стороны книгу открывать, и изъясняющегося матерным и воровским жаргоном.
Интересно, что для провозглашения у нас Года языка был организован круглый стол, где отмечалось, что заслуга в сохранении русскоязчного культурного пространства принадлежит нашим СМИ. В политическом аспекте это верно. Но Год языка — не совсем политическая, а культурная акция. Недаром в честь его учреждена премия имени Тургенева. Что же касается наших газет, именно они и нанесли самый разрушительный удар по культуре русской речи и по русской культуре вообще. Хотя бы тем, что давно перестали отражать культурный процесс как таковой, а лишь пиарят его продукты.
И, кстати, именно участников этого процесса в Латвии и хранителей языка — актеров, литераторов, библиотекарей, книготорговцев — на «открытии» не оказалось. Я с прошлого года чаще чем кто–либо писал о Годе языка и чтения, но мне даже никто не сообщил ни о круглом столе, ни о самом торжестве.
В России Год языка и чтения получил огромный резонанс. Его ждали, к нему готовились. За право быть главными его участниками не перестают соперничать между собой научная общественность, союзы писателей, театральных деятелей, журналистов… У нас — молчок.
А ведь как много уже можно было сделать! Я бы в первую очередь поставил на уши все русские книжные магазины. По крайней мере вывесил бы всюду слоган из стихов Ахматовой: «Мы сохраним тебя, русская речь, великое русское слово!» И объявил бы между ними конкурс, какой магазин сумеет больше ввести льготных скидок на книги. Для школьников — в обязательном порядке, для студентов, для актеров… Чтобы больше покупали и читали.
Под эгидой этого года ставил бы спектакли. В Русском театре организовал бы фестиваль постановок русской драматургии на латышской сцене. В школах проводил бы олимпиады по русскому языку, дни поэзии и стихотворные турниры учеников. Устроил бы межшкольный литературный конкурс юных авторов.
За год, посвященный языку и чтению, — а у нас осталось только девять месяцев, — можно горы свернуть и кардинально изменить отношение русских людей у нас и к своей речи, и к чтению. Надо только веселей к этому отнестись. Не дай бог, если за это дело опять возьмутся политики и заполитизируют прекрасное начинание. Придумать что–нибудь бездарней было бы трудно.
