Нынешняя весна для НРТ как никогда богата новыми спектаклями. Четыре премьеры за полтора месяца – улов хороший. Будь он еще и качественным, театр можно было бы поздравить с крупной победой.
Но, к сожалению, спектакли оказались один страшней другого.
Самый интересный из них — «Соня» по известному рассказу Татьяны Толстой. Но заслуга эта не постановщика Алвиса Херманиса, а исполнителя главной роли Гундарса Аболиньша. Он сыграл роль Сони бесподобно. Пожалуй, это его лучшая работа за всю творческую биографию.
Что касается остального, для Херманиса это обычная постановка в его излюбленном стиле доктеатра. Вся сцена заполнена предметами быта, с документальной дотошностью воспроизводящими ленинградский жилой интерьер конца 30-х и начала 40-х годов. У зрителя глаза разбегаются – столько там всего чего, негде яблоку упасть. На небольшом пятачке разместились столовая, кухня и спальня Сони. Про эту несуразную женщину у Толстой есть жестокая фраза – Соня была дурой. Вокруг этого все и вертится.
Фишка тут в том, что роль Сони, – в спектакле на двоих, – исполняют одновременно два актера. Евгений Исаев читает русский текст Толстой, стремясь всеми фибрами души подтвердить сказанное писательницей про дуру. А Аболиньш наоборот должен убедить зрителя, что Соня была удивительным человеком, просто не такой как все. Случай для сцены совершенно уникальный, потому что роль свою Аболиньш играет не произнося ни звука.
Делает он это очень выразительно и образно. Все российские эстрадные женоимитаторы просто меркнут перед мастерством Аболиньша, сумевшего передать женскую натуру, характер, манеры и, главное, судьбу – судьбу старой девы — с поразительной точностью и теплотой. Этот спектакль трудно пересказать, так необычно он сделан.
Полная противоположность ему три других спектакля НТР. Если считать, что театры сегодня каждый по-своему «ищут человека», стараясь опять, как это было до увлечения постмодернизмом, сделать его главным объектом своего внимания и, может быть, даже возвеличить, НРТ в полном смысле слова стремится к противоположному. Он показывает человека, используя натуралистическую стилистику доктеатра, существом примитивным, низким и грязным.
После «Сони» в НТР сыграли премьеру спектакля «Готов к носке», слова и постановка Лауриса Гунтарса. Это очень слабая, любительская поделка, бедно обставленная, плохо написанная и невыразительно сыгранная. В спектакле нет ни характеров, ни выразительных персонажей. Какое-то сплошное супермаркет-шоу. Непонятно даже зачем и о чем поставленное. Разве что о том, что в супермаркетах покупатели живут своими интересами, а у работников совсем другая, впрочем, не менее банальная и пустая жизнь. Единственная мысль, которая приходит в голову после спектакля, что супермаркеты превращают нашу жизнь в совершенно убогое существование.
Намного выразительней поставлен «Одинокий Запад, или Спектакль, который не о латышах». Это опять – Херманис с его «новым натурализмом», именуемым доктеатром. Вся сцена опять заставлена всевозможным старым хламом, но уже нашего времени. И опять — двое «игроков».
Игра, в которую они играют, могла бы называться – укуси ближнего, и побольней. Спектакль динамичный, экспрессивно работают актеры, но впечатление он оставляет совершенно угнетающее и гнусное.
«Одинокий Запад» — это свинское существование в грязи и убожестве, с постоянными драками между братьями, которые друг друга ненавидят, и свою ненависть превращают в смысл всей жизни. Херманис говорит, что, несмотря на название, ставил спектакль как раз о латышах. Ну вот пусть латыши его и смотрят.
Еще один спектакль – «Ночной тариф» поставила в НРТ Мара Кимеле. О священнике и проститутке, которые на протяжении всего времени только и делают, что выясняют отношения. И в итоге оказывается, что священник не менее грешен, чем проститутка.
Если все четыре спектакля смотреть подряд, небо покажется с овчинку. Но «Соню» посмотреть надо обязательно. Это, пожалуй, у нас лучший спектакль сезона.
