Став депутатом Рижской думы, Наталья Елкина категорически отказывалась давать большие интервью. До тех пор, сказала, пока сама не разберется, как работает мэрия. Прошел год с лишним, и Наталья Григорьевна согласилась, хотя и нехотя — «работы много!» — ответить на мои вопросы.
– Вопрос вопросов, Наталья Григорьевна: с нового года хозяева домов смогут назначать любые цены на квартиры…
– …да, и не далее как сегодня я узнала, что суд Курземского предместья признал нормальной плату в 4 лата за один квадратный метр в доме, где нет горячей воды и с частичными удобствами. Это уже не единичный случай. Ситуация просто катастрофическая.
– Вам известно, сколько людей стоят в очереди на получение жилья?
– Тринадцать с половиной тысяч.
– Это только первоочередники?
– Да.
– Плюс к ним тысячи людей, которые тоже не смогут платить по новым ценам. Куда они денутся? Рига превратится в город бомжей?
– Мы стоим перед неизбежным и резким увеличением числа бездомных. Которыми, кстати говоря, и сейчас никто не занимается. Неизвестно, сколько их в городе, где они обитают, как выживают.
– Ими должны бы заниматься муниципальные власти?
– Безусловно, город должен вести какой-то учет, строить социальные дома. С нормальными условиями. А не определять людей, как сейчас, в какие-то жуткие «отстойники». Я знаю бездомных, которые просто боятся нынешних социальных квартир.
– Бездомных станет еще больше… Назначенное пособие в 8-9 тысяч латов для освобождающих хозяйские квартиры проблемы не решит?
– Это абсолютно не решение. Этими деньгами смогут воспользоваться буквально единицы, те, у кого есть деньги на другое жилье, но «немножко не хватает» на покупку.
– Что же делать? Надеяться на государственное жилищное строительство с его черепашьими темпами и более чем скромными объемами? Что вы предлагаете?
– Единственный выход из ситуации мы видим в законопроекте, который предложила фракция ЗаПЧЕЛ: надо предоставлять людям, освобождающим хозяйские квартиры, компенсацию по нормальной, то есть рыночной, цене.
Четверть и 170 миллионов латов
– Вы считали, сколько денег должно выделить для компенсации государство?
– Разумеется. Думаю, что 25 миллионов в год из бюджета – для начала это была бы нормальная сумма. Чтобы хотя бы сдвинуть дело с места.
– Если учесть, что в строительство того же Замка света, он же – Национальная библиотека, собираются вложить по меньшей мере в 170 миллионов, 25 миллионов – сущий пустяк. Вы расчитываете, ваше предложение поддержат?
– Не уверена. Как всегда, заведут разговор о том, что нет денег, что их не хватает на военные и еще какие-то расходы, включая презентации и разные проекты и программы. Хотя я думаю, что наше предложение абсолютно реально, и если бы государство действительно хотело решить проблему, она была бы решена. Для начала надо выделить эти 25 миллионов и посмотреть, как будет реализовываться программа.
– Почему наши правители не решали проблему? Денационализация ведь началась не вчера.
– Мне трудно ответить на этот вопрос. Что часть депутатов Сейма лоббируют интересы домовладельцев, это известно. Но лоббируют тоже странно. Если бы они действительно помогали жильцам продать, купить, снять квартиру – вот это было бы реальной помощью домовладельцам. Я знаю, что многие из них заинтересованы в том, чтобы освободить свое жилье и продать свой дом. Дом без жильцов дороже, чем дом с жильцами, но надо, чтобы у людей были деньги для того, чтобы съехать и купить или арендовать новое жилье. Многие хозяева, наоборот, заинтересованы в сохранении своих жильцов. Но, естественно, хотят назначить арендную плату, которая позволила бы им проводить реновацию дома. По их расчетам эта плата могла бы составить где-то от 2,5 до 3 латов за квадратный метр. Они согласны с тем, чтобы людям, которые не в состоянии сами оплачивать квартиры, доплачивала дума. Это я к разговору о 25 миллионах.
Дыры в законах
– Представим, что деньги людям дали. А где те квартиры, в которые они смогут перебраться?
– В Риге очень много свободных квартир. При наличии пособия люди смогут купить жилье, или снять, или взять в кредит. Или по крайней мере куда-то переехать, пусть на время, но под крышу. Это уже что-то.
– В думе есть банк данных по рынку свободных квартир?
– Нет.
– Поразительно все же – в думе нет именно того, что нужно как воздух… А вам известно, как в Европе справляются с такого рода проблемами?
– Конечно. В Литве, например, тоже пошли по пути предоставления нормальной рыночной стоимости компенсации за квартиры. То же в Восточной Германии. Там эти проблемы решают совместно с представителями обществ домовладельцев, жильцов и муниципальных властей каждого отдельного города. Вместе анализируют ситуацию в городе, определяют, какие цены можно назначить в зависимости от того, какой дом, в каком районе, с какими удобствами, далеко ли транспортные магистрали и так далее. Средние цены по Восточной Германии 5-6 евро за квадратный метр. А у нас поставили 4 лата за метр за жилье, в котором нет отопления и горячей воды… У нас дыры в законодательстве и полное отсутствие сколько-нибудь сбалансированной жилищной политики.
– Итак, вы подготовили свои предложения. Как вы их продвигаете?
– Как раз сейчас мы проводим сбор подписей с требованием, чтобы государство выделило деньги на пособия.
– Вы считаете, подписи подействуют?
– Конечно! Не будь акций протеста и 15 тысяч подписей, тот же «Ригас силтумс» давно был бы приватизирован. Правительство априори не может не прислушаться к мнению тысяч налогоплательщиков.
– Кому вы направите эти подписи?
– Премьер-министру Калвитису.
– Кто собирает подписи?
– Прежде всего члены нашей Ассоциации жильцов денационализированных домов плюс добровольные помощники.
– Вам наверняка нужны еще помощники?
– Разумеется. Кто захочет помочь, пусть приходит на Дзирнаву, 101а, там по средам с 18 до 20 часов можно получить анкеты.
Опять двадцать пять
— Какую проблему вы назвали бы следующей по сложности и значимости?
– Межквартальные застройки. Люди крайне обеспокоены тем, что лишаются зеленой зоны во внутренних дворах. Это относится прежде всего к спальным районам.
– Да, Ракурс уже писал об этом. Депутаты «пчел», и вы в том числе, были живыми свидетелями противостояния жильцов на Дзирциема и застройщиков. Скажите, а какой, собственно, был толк в вашем, депутатов, присутствии?
– А что делать, если люди звонят, говорят, у нас вырубают деревья, приезжайте, скажите, что нам делать? И хорошо уже то, что люди не ведут себя как стадо овец, готовых к закланию.
– «Из искры возгорится пламя»? А если не возгорится?
– Значит, сами виноваты. За свои права надо бороться, причем грамотно и своевременно. Бессмысленно ждать, что кто-то очень добрый вступится за тебя.
– В чем суть ваших предложений по проблеме внутриквартальной застройки?
– Мы предлагаем прежде чем вообще что-то строить во дворах, обязательно проводить общественное обсуждение. Причем именно с жильцами данного микрорайона. Нужно, чтобы они были вовремя оповещены, чтобы могли высказать свою точку зрения, и, если у них отношение отрицательное, стройку не начинать. Независимо от того, какой высоты предполагается стройка. Сейчас для строительства во дворах зданий ниже пятого этажа вообще не требуется общественного обсуждения.
– Обсудить можно, но результат предугадать нетрудно. Хотела бы я видеть человека, который был бы рад дому, выросшему под его окнами…
– Тем не менее сохранение зеленой зоны может быть доводом в пользу перевода строительства в другое место.
– Что считается зеленой зоной? У думы есть план, карта зеленых зон столицы?
– В плане развития города обозначены какие-то зеленые пояса, и он должен учитывать экологические требования, а значит, и наличие зеленых зон. Зеленые пояса имеются, но где их, сколько, никто толком не просчитывал.
– Опять двадцать пять… По поводу внутриквартальной застройки вы тоже подготовили свой законопроект?
– Нет. Пока мы рассматриваем предложения комитета развития, куда поступает очень много предложений и жалоб и где разрабатывается законопроект о моратории на внутриквартальную застройку. Этот вопрос уже неоднократно рассматривался в думе. Может быть, будет введен мораторий.
– Может быть или будет?
– Пока моратория нет.
Город для людей или люди для города?
– Вы как-то сказали, что ныне широковещательно пропагандируемый принцип — «город должен расти» входит в противоречие с интересами простых жителей.
– Действительно, трудно найти этот баланс – чтобы и город развивался, и чтобы людям при этом было хорошо. Но, в сущности, это вопрос, кто для кого – город для людей или люди для города. Если интересы горожан первичны, нужно учитывать их интересы. Но есть и еще одна чрезвычайно больная проблема. Жилой фонд в Риге постепенно приходит в негодность. Когда мы обсуждали проект застройки на Маскавас, 264 (см. прошлый номер Ракурса), представитель застройщика открыто сказал: «Ваши дома 30 лет простояли, срок эксплуатации закончился, они свое отжили, а вы выискиваете какие-то недостатки в нашем проекте». Разумеется, построить новый дом легче, чем поддерживать старый. И кто будет восстанавливать дом, будет ли восстанавливать, никто не знает. Приватизация фактически закончена, люди стали собственниками квартир и, в принципе, восстановлением жилого фонда они должны заниматься сами. Но как? Об этом тоже пока никто не думает. А когда дома станут разрушаться, думать будет поздно. Кстати, почему еще люди так обеспокоены внутриквартальной застройкой? Если что-то строится внутри квартала, разрушается в результате и их дом – появляются трещины, плывет фундамент, появляются проблемы с коммуникациями.
– Таких домов у нас видимо-невидимо. Куда из них бежать?
– Повторяю, квартир в Риге очень много – вселяйтесь, пожалуйста, вопрос, по каким ценам их можно приобрести и где найти деньги.
– Как в такой ситуации поступают на Западе?
– Там на случай разрушения зданий есть хотя бы страховые компании.
– А домоуправления должны поддерживать эти здания в более или менее нормальном состоянии?
– Поскольку квартиры приватизированы, домоуправления пребывают в перманентной неопределенности. Им даже текущим ремонтом заниматься не хочется
– То есть что положено делать домоуправлению, неизвестно?
– Какие-то правила есть, конечно, но в советское время был Жилищный кодекс, на основании которого и действовали все домоуправления. Теперь нужно реанимировать жилищное законодательство, привести его в более или менее божеский вид. Чтобы жильцы знали свои права и знали, кто за что отвечает. Поэтому сейчас разрабатывается новый закон. По нему дом должен иметь технический паспорт, должна проводиться инвентаризация, закон определит, кто отвечает за состояние дома. Пока он в стадии разработки, и нужно своевременно вносить в него свои поправки.
Тертые калачи на рандеву с депутатом
– Вы не считаете, что главная фигура в думе – не депутат, а чиновник?
– Естественно. Депутаты приходят и уходят, чиновник остается. Обычно это человек осведомленный, знает, что, где, когда и как. Чиновники готовят материалы по повестке дня, а ты, депутат, должен принять «политическое решение». И подготовиться к этому решению, получив необходимые документы всего за 24 часа до начала заседания. Депутат, который впервые попал в думу, вообще долго не понимает что к чему. Чиновник ему докладывает, что-де необходимо откупить какую-то землю, потому что проект того требует. А земля вначале была муниципальная, потом ее кто-то купил, потом кто-то перекупил, а потом дума свою же землю откупает назад. Хоть за полмиллиона.
– Но ведь состав думы не сплошь новый? Сколько в думе депутатов, избранных не в первый раз?
– Примерно две трети.
– А, значит, тертые калачи. А сколько вообще весит слово депутата?
– Любой чиновник обязан ответить на запрос депутата. Вопрос, как он ответит, — формально или по существу.
– Можно повторить запрос.
– Да, если дума еще не приняла решение. Ты можешь подавать хоть 20 запросов.
– Развитие города, жилищно-коммунальные вопросы не входят напрямую в ваши депутатские обязанности?
– Не входят. Я представлена в финансовом комитете и комитете среды. Ни социальные проблемы, ни развитие города, ни жилищно-коммунальные проблемы – это как бы не мои вопросы.
– Значит, занимаетесь ими по собственному желанию? Зачем вам «чужие дела»?
– Затем, что чужой беды не бывает. Невозможно сидеть сложа руки, когда людям плохо.
– Почему же другим – и уже 15 лет! — возможно?
– Да потому что они живут в другом мире! Там другой мир, другие интересы. Бездомные и малоимущие для них как инопланетяне. Или как надоедливые мухи. Или как пчелы, которые, бывает, кусают.
– Вы теперь кандидат в депутаты от ЗаПЧЕЛ в Сейм следующего созыва. Кусайте, пожалуйста, и там, в Сейме, побольнее. Пчелиный яд, говорят, исключительно полезен.
