Максим Шевченко, помимо того, что он член Общественной палаты России, руководитель Центра стратегических исследований религии и политики современного мира, ведущий передачи Первого канала «Судите сами», еще и главный редактор журнала с несколько интригующим названием — «Смысл».
Журнал этот нам, к сожалению, мало доступен, поскольку он существует пока только в «бумажном» варианте, и в интернет–пространстве его статей нет. Но суть публикаций, равно как и доминанта выступлений московского гостя на латвийской земле, как раз и состоит в поиске смысла — в данном случае русского смысла — давней и недавней истории России, ее современности и ее будущего.
Тезисы Максима Шевченко к выступлению на семинаре, которые вы прочитали, это именно тезисы, а не газетно–журнальная публикация. Ради чуть более полной картины добавлю к ним еще несколько положений из выступлений Шевченко в разных аудиториях.
Он, в частности, настаивает, что ХХ век был именно и в первую очередь русским веком в истории, поскольку было построено государство, основанное на русских ценностях. Что русский народ — дважды нация–победительница, сначала в революции 17–го года, потом в Отечественной войне. Почему нация не смогла воспользоваться плодами своих побед, это уже другой вопрос, и как раз анализом, рефлексией по этому поводу должна озаботиться интеллектуальная элита России (интеллектуальная элита это, по Шевченко, те, кто размышляет над возможными проектами русского пути, кто «грезит» о будущем России).
Положения русских в Латвии Максим почти не касался. Не исключено, что из сугубо дипломатических соображений. Сказал только, что в русских Латвии, похоже, хотят видеть сугубо этническую общину. То есть нам дозволяется петь и плясать, надевать сарафаны, играть на балалайках и попивать в свое удовольствие чаек из самовара. К «русскому проекту» это не имеет ровно никакого отношения, ибо этот проект — становление русского самосознания, мышления, самоощущения, русского самостояния, и тех смыслов и целей, которые из всего этого вырастают.
Что же до России, то ей на нынешнем этапе выгодна авторитарная корпоративная демократия. Она и существует де–факто. Заявление, понятно, не только откровенное, но и провокативное. На что немедленно и вполне неадекватно среагировали участники дискуссии с латвийской стороны. В результате дискуссия вылилась в такую перепалку, после которой подать друг другу руки оппонентам было уже ну никак невозможно.
Я согласна с Гарри Гайлитом, что уровень спорящих отличался разительно. Когда профессор–политолог Юрис Розенвалдс, говоря о положении русскоязычных Латвии, восклицает, что у нас в общественном транспорте звучит–де сплошь одна русская речь, а экс–министр интеграции в качестве чуть ли не единственного способа разрешения проблем русскоязычных призывает неграждан натурализоваться, разговаривать дальше действительно не о чем.
И все же дело не только в «уровнях» интеллекта или образованности. Думаю, что латвийскую сторону возмутила, если не просто напугала, «позиция силы», однозначно представленная Максимом Шевченко. Что есть позиция силы, явленная, скажем, бряцанием чуть что оружием, и есть позиция силы разума, поиска истины и пути, этого различия оппоненты Шевченко, по–видимому, не уловили, а западная политкорректность была оскорблена до невозможности.
Плохо это, когда не политкорректно? Не знаю. Знаю только, что сплошь да рядом она, эта политкорректность, исправно выхолащивает суть чего угодно («лишь бы кого не обидеть»). И что давно сказано — сон разума рождает чудовищ. Чему мы уже и сами свидетели — оглянешься вокруг, и то и дело оторопь берет. А что россияне после полутора десятилетий смуты и государственного разора призывают соотечественников встать с колен, так ведь и слава Богу.
Но в политических дискуссиях положено, что называется, держать удар. То есть аргументированно думать вслух, противостоять оппоненту и при этом, что называется, не переходить на личности. Удара, на мой взгляд, не держала ни одна из сторон. Шевченко дальше больше мрачнел, с видимым трудом удерживаясь от последних резкостей. Его до изумления беспомощные оппоненты, а также слушатели, сидящие в зале, только что не размахивали кулаками. В общем, зрелище не для слабонервных.
И все равно слушания, я считаю, удались. Это едва ли не первая политическая — именно политическая — дискуссия с активным представительством русской и латышской сторон. И потому еще удались, что произошла все же некоторая «подвижка в мозгах», что в нашем болотистом краю просто крайне необходимо.
