28 мая гостем комиссии Сейма по исполнению закона о гражданстве был Андрейс Вейсбергс, председатель комиссии государственного языка при президенте ЛР, по совместительству – сертифицированный переводчик ЕС.
Свою краткую лекцию хабилитированный доктор филологии начал с места в карьер: с момента внедрения «школьной реформы» сфера применения латышского языка неуклонно сужается, а русский язык угрожающе наступает.
Правда, есть позитивные моменты, сказал он, которые внушают некоторый оптимизм: передача в комиссии Сейма законопроекта о расширении ассортимента языковых штрафов; подготовка проекта нового классификатора профессий в частной сфере, для которых необходима «аплиециба»; проект нового закона «О высшей школе», предусматривающий перевод обучения в частных вузах на латышский язык. Но этого мало, и для того чтобы предотвратить дальнейшую русификацию, нужно внести изменения в закон о государственном языке, который не трогали уже в течение 9 лет (если не считать попыток русскоязычной оппозиции его смягчить).
Привыкнув слышать подобные речи в основном из уст таких известных ораторов, как председатель нашей парламентской комиссии Петерис Табунс, я немного обалдел, и задал вопрос в лоб: какова основная цель работы вашей комиссии – защита латышского языка или борьба против русского языка и его носителей? Ответьте коротко и ясно – первый вариант или второй?
Оба варианта, не задумываясь, ответил профессор Латвийского университета, ибо они неразделимы. Его радостно поддержала еще одна лингвистка, депутат Ина Друвиете, заявив, что в рамках унитарного государства двум языкам не ужиться, а русский язык безраздельно господствует в частной сфере, откуда его следовало бы оттеснить.
Особое оживление присутствующих вызвала моя просьба к языковеду прокомментировать высказывания правозащитницы Илзе Брандтс-Кехре, совпадающие с рядом международных рекомендаций в отношении Латвии. Она предлагала вместо принуждения заняться популяризацией латышского языка и улучшить качество преподавания, а также поставила вопрос о ликвидации языковой инспекции. В ответ Висвалд Лацис, в прошлом помощник офицера СС, прочел нам целую лекцию о том, как правильно обращаться с гражданскими оккупантами. А г-н Табунс заметил, что латыши слишком несмелые в деле защиты языка, и ТБ/ДННЛ приложит все усилия для того, чтобы внедрить прозвучавшие языковедческие предложения в жизнь.
Самое печальное, что никто, кроме меня, против всего вышесказанного не возражал, несмотря на присутствие в комиссии депутатов всех остальных фракций. Поэтому мне ничего не оставалось, как призвать на помощь латвийский МИД, который, предчувствуя реакцию западных коллег, вяло, но все же препятствовал прохождению через Кабинет министров всех упомянутых «языковых» проектов.
Так что с отечественными «лингвистами» лучше сразу говорить по-английски. Хотя бы через посредников.
