Сейм Латвии наделил льготами легионеров Waffen SS и национальных партизан, будто бы боровшихся за свободу и независимость Латвии. Хотя ветераны антигитлеровской коалиции, освободившие не только Латвию, но и весь мир от коричневой чумы, никакими льготами в нашей удивительной стране не пользуются.
Не абсурдно ли, что Гитлер – так получается — заставлял эсэсовцев бороться за независимость Латвии, хотя сам ее нашей стране никогда не обещал? Абсурдно, низко, подло, стыдно. Если эсэсовцев считать героями, то кем же тогда являются профессор университета Констатнтин Чаксте, председатель последнего довоенного Сейма Паул Калниньш, социал-демократ Бруно Калниньш, возглавившие Латвийский Центральный совет, организовавший сопротивление нацистскому режиму в 1943 году? Кем являются генерал Курелис, капитан Упелниекс, лейтенант Рубенис и их 1300 воинов, отказавшихся в Курляндском котле подчиниться приказам нацистов в 1944 году? Кем являются почти 80 тысяч воинов–латышей, боровшихся с нацизмом в рядах Красной Армии?..
Победу и мир Латвии принесли не эсэсовцы и национальные партизаны, убивавшие после войны сельсоветчиков, комсомольцев, учителей, крестьян, милиционеров, а солдаты и офицеры Красной Армии, подпольщики Иманта Судмалиса, партизаны отрядов Вилиса Самсона, Петериса Ратыньша и Оттомара Ошкалнса.
Не было бы Победы, не было бы ни Латвии, ни латышей, ни латышского языка. Был бы Остланд, со всеми вытекающими последствиями. Вспомните написанное Розенбергом: «Часть латышей онемечить, часть – уничтожить, часть выслать в северные районы России».
Как-то, будучи в Берлине, я спросил супругов Мехтхильд и Манфреда Вандер-Кемпф, что для них означает 8-9 мая? Праздники или дни скорби? Они ответили, конечно же, это праздник. Хотя бы потому, что в эти дни 1945 года в Европе перестала литься кровь.
С праздником вас, дорогие друзья и товарищи! Здоровья! Бодрости! Веры! Надежды! Любви!
Вечная память и слава павшим.
Вечная слава и наша благодарность живым ветеранам великой Отечественной войны. Если бы не было вас, если вы не победили, не было бы и нас. Но, слава богу, в истории нет сослагательного наклонения.
