Уже два с половиной года прошло с тех пор, как постепенно угасла активная фаза борьбы против школьной «реформы». Но до сих пор многие участники Сопротивления вспоминают ее как самое лучшее за все годы «независимой Латвии», полное человеческого достоинства время. Так победили мы тогда или проиграли? И что сейчас происходит в русских школах? Об мы разговариваем с Владиславом Рафальским, учителем с без малого 25-летним стажем, активным «штабистом» времен Сопротивления, депутатом Рижской думы от ЗаПЧЕЛ.
«Нам для жизни нужен целый мир…»
— Итоги борьбы, безусловно, далеки от того, к чему мы стремились. Но в те два-три года латвийское государство вдруг с удивлением открыло для себя, что делить своих жителей на первый-второй сорт небезопасно. Хотя, напомню, тогда не было ничего сожжено или перевернуто. Мы тогда почувствовали себя единой общиной, способной сплотиться, когда дело касается нашей чести, достоинства, будущего. Поэтому, думаю, провернуть с нашим памятником освободителям «эстонский вариант» вряд ли получится. И это тоже результат нашего Сопротивления.
Но идеологи reform`ы сегодня используют другие методы. Среди младших школьников было проведено анкетирование, результаты которого упорно замалчиваются. Предметы культурного цикла — история культуры, музыка, эстетика, основы христианства, а в младших классах труд и рисование в большинстве русских школ преподаются по-латышски. И открылась поистине страшная картина: среди школьников 7-9 лет это самые нелюбимые предметы, изучать которые они категорически отказываются. Это тоже результат «реформы». Представляете, сколь «высококультурное» поколение вырастет из этих ребят?
Общечеловеческая культура на этих уроках подменяется идеологизированной культурой латышского народа. Разумеется, знать латышскую культуру хорошо. Можно даже любить ее. Но, как говорил Антон Павлович Чехов: «Говорят, что человеку достачно три аршина земли. Три аршина достаточно трупу, а человеку нужен весь мир». Вот русскому человеку для жизни и нужен весь мир, и мы мыслим в таких категориях. А нас пытаются загнать в песочницу, заставить в ней жить, а потом в ней же и упокоиться. И в отношении семей, и в целом общины, и в школах ведется целенаправленная игра на понижение уровня знаний и, соответственно, чувства собственного достоинства русских.
«Они ничего не забыли…»
— А можно несколько примеров из школьной практики?
— Пожалуйста. Открываю проверочную работу, рекомендованную МОНом. Предлагаются портреты великих музыкантов, и надо просто подписать, кто есть кто. То есть работа не на мышление, а на элементарное узнавание. Бетховен, Моцарт, Гайдн и в том же ряду… Раймонд Паулс. Или вот пример, как преподается у нас в школах латышская литература. Грубо говоря, все «программные» авторы объявляются великими, неповторимыми, достойными «нобелевки» по литературе. Но поскольку они принадлежали к «маленькому, но гордому» народу, их всех затирали. Хотя я могу вам сейчас назвать с десяток нобелевских лауреатов по литературе, представителей малых народов.
— Что этому можно противопоставить?
— Учитель всегда может найти такие слова, чтобы ученикам было понятно, что на самом деле происходит. Речь даже не о языке, а об идеологической подоплеке нынешних учебных программ. Честный русский учитель не будет прославлять легионеров или лить слезы по поводу «русской оккупации». Кроме того, учитель не может отказаться вовсе от рекомендованных сверху программ, но он может их дополнить. Существует такое понятие «оптимизация учебного процесса», его чиновники запретить не могут. Например, то, на что по нормативам отводится 6-8 уроков, мы с ребятами проходим за 3-4. В итоге за год у нас набегает 3 месяца. А за три месяца в одном классе можно многое успеть.
— Школьники и многие их учителя были вместе в годы Сопротивления. Как сейчас ваши ученики вспоминают то время?
— Тогда для них это было в какой-то мере просто приключение. Но они почувствовали свою силу, объединившись и выступив за что-то все вместе. И главное, они не простили этому государству, что оно наплевало на их интересы, на их мнение. Что их попросту ткнули мордой в грязь… Я очень хорошо вижу эту подсознательную злость и неприятие, как только речь заходит об «отцах нации». И я не завидую государству, взрастившему эту молодежь.
Наши чиновники от образования это прекрасно понимают. И продолжают давить на администрацию школ. Та нехотя, но давит на учителей. Уволить по идеологическим причинам никого, конечно, нельзя, но уменьшают количество уроков, падает зарплата, создается соответствующая психологическая атмосфера. Старое поколение учителей уходит, а новое очень неохотно идет в школы. Между прочим, вы знаете, что учитель, преподающий свой предмет на латышском языке, получает 50 процентную надбавку? То есть искуственно создается приток в русские школы учителей «коренной» национальности, и таким образом осуществляется идеологический контроль. И большинство из них не считает своих учеников своими союзниками. Они стараются вдолбить им свое понимание мира, истории и роли народов ней. Это авангард борьбы с русскостью, с нелатышским самосознанием. Вот это и опасно!
Вообще в русской школе сейчас странная атмосфера: все мы — единомышленники, но в основной своей массе учителя помалкивают. О реальном положении дел говорят только с теми, кому полностью доверяют. Я начинал работать в школе в 83-м году. И если раньше школа была одной семьей, то теперь это «коммуналка» в самом худшем ее виде.
«Хомо новус европеус»
— Эти проблемы присущи только русской школе Латвии?
— Русскую школу переделывают по образцу латышской. Фактически же и там, и там, стремятся окончательно уничтожить следы советской школы. Я заявляю с полной ответственностью, что она была самой лучшей, самой стройной образовательной системой в мире. За последние 15 лет требования к знаниям сведены к минимуму. Формы проверки знаний, не требующие понимания ЧТО и ПОЧЕМУ происходит, вытеснили все остальные. Требуется просто уметь УЗНАВАТЬ и ЗАПОМИНАТЬ. Например, нормальный человек, хотя бы в общих чертах знает, в результате каких атмосферных процессов получается молния. Нынешний старшеклассник должен просто ее узнать и уметь нарисовать. Один из «шедевров», это объединение алгебры и геометрии. Но алгебра — это логика, а геометрия — это пространственное воображение. Предметы гуманитарного цикла — химию, физику, биологию, астрономию объединяют в один предмет. Называется он по-разному. Делается это якобы с благой целью, чтобы разделить детей после 9-го класса по способностям и не перегружать «ненужной» информацией. Есть и специализированные классы для одаренных детей с ярко выраженной «мотивацией к учебе». Государство таким образом вроде бы обеспечивает им продолжение учебы в вузах. Но сегодня уровень образования в наших вузах ниже всякой критики. Профессура делает вид, что учит вот таких «упрощенных» ребят, а те делают вид, что учатся.
— Не кажется ли вам, что обществу «тотального потребления» не нужны эрудированные люди? У них слишком много «посторонних» мыслей…
— В ЕС уже давно только в некоторых учебных заведениях готовят высококлассных профессионалов. Остальные, даже хваленая Сорбонна, — это вот такой, как у нас, отстой. А единицы по настоящему образованных снимают сливки. Латвия охотно включилась в аналогичный процесс.
— Что ж, вы по крайней мере обозначили проблему. А понимание – это, говорят, первый шаг к переменам…
