В преддверии съезда политики ЗаПЧЕЛ публикуют свое видение проблем и путей их решения. В том числе и об объединительной идее. Не пытаясь анализировать и критиковать чьи–то взгляды, хотел бы высказать свою точку зрения.
Все годы независимости тема поиска объединительной идеи была для русскоязычной общины одной из наиболее важных. И в плане единения с латышской общиной, и в плане внутреннего единства. Последнее особенно важно. Без внутреннего единства нет общины. Есть некое мнимое образование, фактически состоящее из разрозненных групп людей, общественных организаций и политических партий. Единственным объединительным элементом является язык. Но язык — не идея. Он объединяет людей в общность формально. Да, мы все русскоязычные. Однако интересы и устремления различных групп не совпадают. Поиск объединительной идеи — это поиск точки пересечения этих интересов.
Главные «претенденты» на объединение
Их, главных, три: идея сохранения русской культуры, идея поиска общественного согласия, идея равноправия. Однако все они, по–моему, имеют мало шансов стать объединительными.
Большинство людей не понимает проблем, связанных с культурой. Они для них не существуют, как не существуют для здоровых людей проблемы здоровья. Даже проблема сохранения языка им кажется надуманной. Детей ему учат, газеты и телевидение есть, на нем говорят и дома, и на работе, и в обществе. Что еще нужно? Вопросы культуры понятны и интересны очень узкой группе людей, а потому она, несмотря на свою жизненную важность, не может стать объединительной.
Идею общественного согласия поддерживают, она приятна большинству людей, т.е. фактически является для них объединительной. Но — только временно, до тех пор, пока они не задумываются и не задаются вопросом: а с кем и с чем конкретно нужно согласиться, чтобы это общественное согласие наступило? После этого благостная идея разбивается о ряд непримиримых противоречий, главное из которых — неравноправие. Рассыпается и единение.
Может ли идея достижения равноправия быть объединительной? Думаю, что не может. Во–первых, половина русскоязычных латвийцев граждане Латвии, т.е. формально имеют все права. Их мнение просто: хотите иметь права — становитесь гражданами. Во–вторых, большинство людей гражданские права вообще не интересуют. Дай им их — они их использовать не будут. В–третьих, те, кого они в принципе интересуют, уже привыкли обходиться без них. Получается, что идея борьбы за равноправие может объединить только небольшую наиболее активную часть общины. Это печально, но такова реальность. Что не означает вторичности идеи равноправия.
Равноправие — это стратегическая цель организаций, действительно отстаивающих интересы русскоязычной общины. Больше того, вообще бессмысленно говорить о будущем страны, если не вести ее к равноправию. Без равенства не может быть согласия в обществе! Равноправие — это фундамент, на котором только и можно выстроить здание общественного согласия. В это здание легко заманить согласных жить в нем, но, увы, мало готовых работать на его строительстве.
Снимите розовые очки
А единение общины (фактически создание ее) — это тактическая цель, один из шагов к достижению стратегической цели. Тактических целей может быть много. Они периодически меняются, соответственно меняются и идеи, под лозунгом которых эти цели достигаются. Идея должна в данный момент затрагивать интересы большей части общины. При этом быть легко объяснимой, простой и понятной, не требующей сложных логических умозаключений. Путь к достижению цели может быть не простым, но изначально понятным и, по возможности, планируемым.
Думаю, сейчас такой идеей может быть спасение русского образования. Образование определяет будущее людей, а потому касается всех — напрямую или через детей и внуков. Это точка пересечения интересов всех групп. Сегодня большинство людей еще не осознало, что разрушение русского образования путем его латышизации готовит им участь людей второго сорта, обслуги. Но истину эту легко довести до людей, поскольку процесс деградации общины прост. Язык обучения — это ствол дерева знаний. Чем лучше люди владеют языком обучения, тем пышнее крона знаний. И чем слабее, тем скуднее знания. При обучении на латышском языке латышские дети ВСЕГДА будут иметь преимущество в знаниях, потому что это их родной семейный язык. Соответственно, они всегда будут занимать более высокое положение в жизни.
Образование — это система с большой инерцией. Но с подрубленным латышизацией стволом оно может рухнуть уже через 3–5 лет. Без него все разговоры о культуре, согласии, равноправии превратятся в высокопарный треп интеллектуалов. Снимите розовые очки, господа–товарищи. Сегодня нет более важной для всей общины задачи, чем сохранение системы образования. И нет более способной объединить ее.
Всякие разговоры власть имущих о праве выбора в самоуправления похожи на хитрость этнократов и иже с ними. Они нам, как ослам азиаты, подвешивают перед мордой приманку. Мы бежим за ней и везем поклажу и седоков в нужном им направлении. Отвлекаясь на такие тактические цели, мы даем им время для разрушения нашего образования и одновременно удаляемся от единения общины, т.е., в конечном счете, от достижения стратегических целей. Людям плевать на выборы всех типов, когда не ясна сама жизненная перспектива.
