Депутат Европарламента от Латвии, сопредседатель партии «За права человека в единой Латвии» (ЗаПЧЕЛ) отвечает на вопросы корреспондента «Столетия» в Брюсселе
— В ходе предыдущего пятилетнего мандата вам удалось сделать очень многое для защиты прав проживающего в Латвии русского меньшинства. Наверняка у вас есть своя программа–максимум на начинающуюся «пятилетку». Как она выглядит?
— Меня часто упрекают в том, что я занимаюсь исключительно проблемами русской общины Латвии. Однако евродепутат представляет не свою страну, а прежде всего интересы своих избирателей. Вопреки официальной концепции «интеграции» Латвия стала де–факто двухобщинным государством. Наша партия первая об этом заявила и написала об этом в своей программе. Эти общины неравноправны. Поэтому так называемые «русские» вопросы являются для меня первоочередными и приоритетными.
Поэтому, помимо оказания давления на латвийское государство с помощью резолюций Европарламента, мы поддерживаем попытки принятия соответствующих европейских норм. В частности, в повестке дня находится рассмотрение понятия «европейское гражданство». Однако здесь точки зрения в Европарламенте разные. Еще два года назад был подготовлен доклад, предлагавший ввести статус европейского гражданства, который был бы не просто производным от гражданства страны–члена ЕС, а мог бы распространяться и на постоянных жителей Евросоюза. Конечно же, первыми кандидатами на такой статус были бы латвийские и эстонские неграждане. Однако тогда правые партии заблокировали резолюцию. Учитывая нынешнюю расстановку сил в Европарламенте, в котором правые усилились, продвинуть такое решение будет трудно, однако, несмотря на это, оно по–прежнему обсуждается.
Помимо этого я с самого начала моего нового мандата активно занимаюсь проблемами, которые не относятся исключительно к русской общине Латвии, а касаются подавляющего большинства ее населения. Речь идет о резком ухудшении положения, в первую очередь, малообеспеченных слоев населения и пенсионеров в связи с экономическим кризисом, который в нашей стране усугублен неправильными и, с моей точки зрения, преступными действиями правительства.
— Опять же по поводу защиты прав русских. Как известно, в Латвии сейчас на политическую арену среди оппозиционных сил ворвался «Центр согласия», его лидер Нил Ушаков даже возглавил Рижскую мэрию. Как вам кажется, смогут ли эти люди, которые называют себя «современной межэтнической политической силой», эффективно отстаивать права русского населения?
— Все познается в сравнении. Естественно, можно только положительно оценивать смену мэра Риги, представлявшего праворадикальную националистическую партию «Отечеству и свободе», на мэра от центристского объединения «Центр согласия». Однако эта партия — достаточно посмотреть на ее название — декларирует такой вариант решения имеющихся в Латвии проблем, который, с нашей точки зрения, просто не работает. Они не видят и не признают опасности ассимиляции русскоязычных, а эта опасность есть, и она очень серьезна. Ведь стратегия интеграции русского населения, которая объявлена в программах партий, находящихся у власти в стране, и которая предусматривает построение мононационального государства по типу Франции, в реальности означает насильственную ассимиляцию русскоязычного меньшинства. Наша партия с такой политикой не согласна и считает, что этому надо противопоставить жесткое сопротивление.
— Ряд общественных организаций в России ратуют за введение «карты русского», которая призвана наделить проживающих за границей соотечественников практически теми же экономическими и социальными правами, что и у российских граждан. Как вы относитесь к подобной инициативе?
— Надо идти другим путем. Ведь главная задача для соотечественников — это свободный въезд в Россию. Самым простым решением было бы использовать структуры и принципы Красного Креста для посещения могил родственников. В данном случае односторонние шаги необходимо делать России: упростить процедуру и увеличить срок пребывания по приглашению для посещения могил. Потому что одной недели, которая сейчас дается на эти цели, недостаточно для того, чтобы съездить в некоторые регионы России, особенно в Сибири. Кроме того, нельзя создавать заменители паспортов в виде каких–то «карт», поскольку проездным документом при пересечении границы всегда является паспорт. Речь сейчас в первую очередь должна идти даже не о безвизовом въезде в Россию для соотечественников, а о бесплатной визе, так же, как это действует по линии Красного Креста. Если идти дальше, то в перспективе можно подумать о создании в российских посольствах регистров или списков соотечественников, которые будут иметь право на безвизовый въезд в Россию. Однако это не должно привести к созданию некоего узкого круга привилегированных соотечественников, такие списки надо составлять в сотрудничестве с популярными и признанными лидерами русских и русскоязычных общественных организаций за рубежом.
— Какие, по вашему мнению, перспективы того, что в ЕС сформируется сколько–нибудь реальная политическая структура, которая объединяла бы проживающих в Европе русскоязычных граждан? Какую роль должно играть такое объединение?
— Задача, которую я вижу для русских и русскоязычных, живущих в Евросоюзе — это иметь как можно более широкое представительство в избираемых органах власти стран ЕС. Если мы посмотрим, как другие меньшинственные общины представляют свои интересы в государствах проживания или на европейском уровне, то увидим, что русские плетутся в самом хвосте. Хороший пример — Германия, где турецкая диаспора имеет своих представителей на всех уровнях избираемых органов власти — в ландстагах (парламентах земель. — Ф.К.), в бундестаге и в Европейском парламенте. С представительством русских дела обстоят очень плохо, хотя в этой стране насчитывается русскоговорящих, по разным оценкам, примерно 3 миллиона человек. Это даже больше, чем во всех трех странах Балтии вместе взятых, где нас около 1,5 — 1,7 миллиона. В Прибалтике дела тоже обстоят не очень хорошо: ни в парламенте Эстонии, ни в парламенте Литвы не представлены русскоязычные, а трех депутатов, которые входят в Центристскую партию Эстонии, к этой категории вряд ли можно отнести, поскольку они практически не артикулируют «русские» интересы.
Проанализировав ситуацию, мы поняли: необходимо обратить наше внимание на следующее поколение русских, живущих в Евросоюзе, нынешних студентов или только что получивших высшее образование, причем именно по тем специальностям, по которым на Западе принято идти в политику — политологи, юристы, экономисты. С этой целью мы сейчас планируем создать молодежное отделение Европейского русского альянса и в феврале следующего года провести Европейский форум русскоязычной молодежи.
— Как известно отношение к русским в среде политического мейнстрима в Европарламенте, мягко говоря, не идеальное. Вам часто приходится пересекаться с явными русофобами. Уютно ли вы чувствуете себя в стенах этого парламента?
— С одной стороны, здесь, в Европарламенте, несмотря ни на что, существует знаменитая политическая культура, которую можно описать словами Вольтера: «Я не согласен с вашим мнением, но готов жизнь отдать за то, чтобы вы смогли его высказать». Это то, чего нет в нашем латвийском парламенте. Но, с другой стороны, я здесь себя чувствую, как на войне. Мне всегда приходится защищать русских и русский мир от нападок, причем — очень жестких. Есть ощущение пребывания в осажденной крепости, но осаждена, конечно, не я лично, а русские в целом. Я уже очень серьезно думаю о том, что пора вводить понятие «русофобия», включать его в разного рода документы, которые бы запрещали пропаганду русофобских идей. Пора ставить русофобию в один ряд с антисемитизмом и исламофобией.
— Не секрет, что работа евродепутата, особенно такого активного, как вы, это огромная нагрузка — каждодневные мероприятия, дебаты, переговоры, еженедельные перелеты… Как удается справляться со стрессом и перегрузками?
— Наверное, черты характера и, прежде всего, мое упрямство: как говорится, раз уж взялся за гуж, не говори, что не дюж. Помогает наличие природных качеств, заложенных с молоком матери, довольно крепкая нервная система, а также то, что я быстро и легко засыпаю. Поскольку спать приходится мало, это очень важно. Кроме того, у меня отличная команда соратников дома в Латвии, это очень помогает решать вопросы руководства партией. Хорошо, что есть такие люди, на которых можно положиться.
Один мой коллега–евродепутат подбросил мне хорошую идею, сказав, что он во время перелетов в самолете принципиально не читает газет, а только книги — и ничего про политику. Теперь я стараюсь следовать его примеру. Сейчас очень много перечитываю из того, что когда–то читала в молодости. Сегодня многое я воспринимаю по–другому. Сейчас, например, перечитываю «Бесов» Достоевского и «Истоки религии» Александра Меня.
Беседу вел Федор Климкин
Публикуется в сокращении
