Latvijas avīze выступила на этой неделе с крайне не характерной для этой газеты публикацией. Вот статья из газеты Иварса Бушманиса о современном «шелковом пути», который мог бы пройти и через Латвию, когда бы не неприязнь политиков к отдельным флагам отдельных государств.
С чем ассоциируется Великий Шелковый путь? Караваны верблюдов мерят пустыню… По 25, а если получится – даже по 50 километров в день… Семь тысяч километров… Грузы из Чангана (ныне Сиань в Китае) везли в столицу Римской империи полгода. И так в течение 14 веков. Шелковый путь в Европу никогда не простирался выше северной части Черного моря и полуострова Крым.
С тех пор была не одна попытка по другим направлениям протянуть «шелковый путь@ из Китая. Еще совсем недавно Шеварднадзе взялся было завести его в Закавказье и, наполнив «шелковый путь» нефтью, отправить его оттуда на Украину и дальше, на Запад. Не успел.
В октябре прошлого года новый «шелковый путь» попытался проложить (а вернее сказать, разрекламировать) караван из пяти грузовых машин. Контейнеры из Пекина до столицы «новой империи» — Брюсселя были доставлены за 21 день, пройденное расстояние – 12 тысяч километров. Правда, до Латвии груз можно было бы довезти за две недели (между тем как по морю – за шесть).
В экономических выгодах нового направления «шелкового пути» — в Западную Европу через порты Латвии наши предприниматели пытались убедить казахских и китайских партнеров все последние пятнадцать лет. Больше всего за это билась возглавляемая Айварсом Лембергсом Латвийская ассоциация транзитного бизнеса и правления портов. «Порты борются за каждый сантим отдачи с тонны или километра», — говорит исполнительный директор ассоциации портов Латвии Карлис Лейшкалнс. «В транспортной сфере главенствует принцип не короткого, а эффективного пути», — утверждает президент Латвийской международной ассоциации автоперевозчиков Latvijas Auto Валдис Трезиньш.
Сегодня неблагодарный, «верблюжий» труд – укрепить инфраструктуру железных дорог, увеличить пропускную способность портов, возводить терминалы для разных грузов, уметь предложить компаниям, занятым морскими грузоперевозками, услуги трех крупнейших латвийских портов. Но экономические и политические барьеры – сложности с оформлением виз, долгие простои на границах, высокие железнодорожные тарифы не дают достичь желаемых результатов. Скажем, открыли в августе прошлого года в Вентспилсе зерновой терминал, который посол Казахстана Рашид Ибраев назвал «казахстанским коридором в Европу», однако зерна в этот коридор попадает в месяц в восемь раз меньше заявленного.
Теперь вот для прокладки латвийского «шелкового пути» совпали по времени еще два события – политическое и экономическое: улучшение отношений с Казахстаном и продажа Mažei(кк)u nafta.
В январе премьер Айгарс Калвитис присутствовал на церемонии инаугурации президента Казахстана Нурсултана Назарбаева, за что политики его упрекали: дескать, он единственный из руководителей правительств стран ЕС участвовал в возведении монарха на трон. А ведь конкретные плоды этого участия могли бы созреть совсем скоро. В июле, во время намеченного визита в Латвию Назарбаева. Вот когда можно было бы достичь конкретных договоренностей. Нелишне добавить, что Назарбаев договорился с Путиным об облегченных тарифах на железнодорожные перевозки.
О выполнении второго – политического — условия для «шелкового пути» позаботились литовцы. Казахстанский «Казмунайгаз» рассчитывал купить Mažeiккu nafta, но литовцы продали контрольный пакет польской компании. И хотя появившееся сразу после случившегося обещание казахов закрыть свое представительство в Литве больше смахивало на жест обиды, это все же дает нам надежду на то, что существовавший до того литовский «шелковый путь» мог бы свернуть в Латвию. «Латвийские порты выйдут на полную мощь», — обещает представитель «Казмунайгаз» в Литве Олег Либман.
Желание любого министра экономики, чтобы в Латвию или по проходящему по ее территории «шелковому пути» доставлялись не только готовые вещи, но чтобы и наши работники своими руками и знаниями создавали добавочную стоимость. А как назвать проложенный путь, будет зависеть то того, что по нему пойдет, – зерновой, нефтяной, компьютерный или вещевой.
Если «шелковый путь» отменят только потому, что Латвии политически неприемлем цвет шелка (как в сотрудничестве с Белоруссией), в стране останутся только национал-патриотически настроенное коренное население и постсоветские безработные. И будут получать доставляемые по «шелковому пути» товары из… Ирландии.
