Невзирая на бурный экономический подьем, жители Латвии по–прежнему живут почти на десять лет меньше (в среднем, естественно), чем на Западе. Тезис о том, что рост ВВП продлит жизнь, оказался ошибочным. Почему? И как латвийцам жить подольше? Ответы на эти вопросы непросты.
Короткий век
Сначала — о самой проблеме. Когда знакомишься со статистикой продолжительности жизни, становится за державу обидно. Судите сами. Ни у кого нет в ЕС столь недолгой жизни, как у латвийского и литовского мужчины. Согласно последним данным, среднестатистический житель Латвии с трудом дотягивает до 65 с половиной лет. Так что если кому–то из читателей этой статьи исполнилось 66 — можете гордиться и именовать себя долгожителем. А теперь сравним: средний американец обитает на этом свете на 9 лет дольше, поляк — на 4,5 года, португалец — на 9 лет, японец — на 12, а швед — аж на 13 лет. И ведь отделяет нас от Швеции всего–то небольшое море, которое в старину зимой по льду переходили, а во Вторую мировую войну беженцы на моторных лодках переплывали! Но какая разница…
У женщин рекордсменки — японки. 84,3 года — не исключение, а средняя продолжительность жизни дам Страны восходящего солнца. Европейки до такого уровня не дотягивают. Но, опять–таки, если в Латвии продолжительность жизни женщин 77,2 года, то в той же Швеции — на 5 с половиной лет больше. Как им это удается?
Не в своей постели
Одна из причин низкой продолжительности жизни в Латвии: слишком много жителей страны отправляются на тот свет не со своей постели и не с больничной койки. Каждый год неестественной смертью в Латвии умирают более 3 000 человек. В прошлом году таких оказалось 3 087. Латвия с Литвой — лидеры ЕС (в расчете на каждые сто тысяч человек) по количеству гибнущих в дорожно–транспортных происшествиях. Много людей гибнут от отравлений, пожаров, тонут или замерзают.
Итак, время идет, а ситуация к лучшему не меняется. Почему? Можно говорить, что выживать легче, будучи богатым и здоровым, а не бедным и больным, и что Латвия — страна небогатая. Однако по валовому продукту ЛР уже не занимает последнее место в Евросоюзе (обогнали Польшу), объем ВВП составляет более половины от среднего уровня в ЕС. К тому же по некоторым показателям Латвия уже обгоняет развитые страны Запада. К примеру, у «продвинутых» латвийцев процент семей, имеющих дома Интернет, больший, нежели в Италии, во Франции, Италии. Даже захиревшее латвийское сельское хозяйство — вовсе не самое неразвитое в Европе: в 2005 году средняя урожайность зерновых с гектара у нас оказалась значительно выше, чем в Испании, Португалии, Греции, на Кипре…
Но в среднем в ЕС, вопреки расхожему мифу о вымирании европейцев, рождаемость превышает смертность, а в Латвии — наоборот. В прошлом году только по этой причине население страны сократилось почти на 11 тысяч человек — еще лет 200 такой жизни, и в Латвии ни одного живого человека не остается. Если же прикинуть, сколько граждан ЛР в прошлом году «свалило» на Запад, станет ясно, что для исчезновения народа может не понадобиться и ста лет.
Не в водке дело!
Даже в Турции мужчины ныне живут дольше, чем в Латвии, хотя денег в кошельке турка поменьше, чем у среднестатистического жителя нашей республики. Скептики объясняют: русскоязычным и латышам пить меньше надо! Мол, массу народа губит водка. Действительно, Латвия — бесспорный лидер по потреблению «горькой» в Евросоюзе в расчете на душу населения. И наметившийся в последние несколько лет рост доходов населения изменил только одно: денег на алкоголь стало больше и потребление спиртного не снижается, а растет.
Однако водка не причина, а только следствие. Пьют ведь не от хорошей жизни. Почему же латвиец топит грусть в алкоголе чаще, чем, к примеру, поляк или словак — тоже люди, между прочим, небогатые. Дело не только в том, что Латвия — лидер ЕС по социальным контрастам, а население у нас разделилось напополам на зажиточных и очень бедных (хотя, конечно, массовая бедность в уже не бедной стране многих сводит в могилу).
Даже если неестественная смертность в Латвии сократилась бы до среднеевропейского уровня, среднестатистический латвийский житель все равно жил бы намного меньше шведа и вовсе не дольше турка. Так что дело отнюдь не только в пьяных водителях, невнимательных пешеходах, падающих на головы кирпичах, и не только в пустых кошельках и кастрюлях. А также не в некомпетентности врачей — подавляющее большинство из них все же достаточно квалифицированные специалисты. Очего же столь высока смертность и большая тяга к алкоголю? На мой взгляд, помимо бедности действует еще один фактор. Давно говорят: «Все болезни — от нервов». У нас же, куда ни пойдешь, то денационализированный дом, то школьная реформа, то разделение на граждан и неграждан, то борьба за возвращение Абрене, то шум о деоккупации. Нервная, в общем, жизнь. Причем для всех. Увы, страна регулярно создает проблемы сама себе.
